«Дело № 137», «Хиджра», «Моя маленькая луна», «Бандиты на пенсии»

Вернуться к содержанию номера: «Горизонт», № 7(81), 2026.

Мы просим, а по необходимости требуем…

Криминальный жанр — искусство особое. Важно не только соблюсти зрелищность, вовремя нагнетать интригу, а еще не раскрыть загадку вплоть до финала. Но при этом куда сложнее удержать зрителя социальной составляющей, вовлечь его в происходящее, затронув основные струны души. Именно это попытается сделать фильм «Дело № 137» французского режиссера Доминика Молля.

История в ее основе для Четвертой республики знаковая — декабрь 2018 года, ежевоскресные протесты «желтых жилетов». Люди массово приезжают в столицу и другие крупные города, чтоб поддержать митинги и выразить свое несогласие с ущемлением прав профсоюзов и урезанием социальных выплат и пенсий, на выступления выходят сотни тысяч людей. Нечего и говорить, что то там, то сям случаются беспорядки, конфликты, провокации или столкновения. Один такой случай рассматривает сотрудница отдела собственной безопасности Стефани Бертран.

Режиссер и сценарист с места в карьер подходит к делу. Первая же история, показанная в фильме, касается полицейского, кидавшего камни в демонстрантов (обычно бывает наоборот!). Случай нерядовой, хотя бы в силу применения нетабельного оружия, да еще попавший в прессу, а потому Стефани получает четкий сигнал руководства: на тормозах дело не спускать, сделав его максимально знаковым. Разумеется, флик в шоке, он рассчитывал на лишение премии, выговор, отстранение, наконец, а тут на тебе, внутреннее расследование. Но дальше дело принимает совсем уж скверный оборот: появляется другая обвиняемая, уличающая целую группу полицейских из отряда специального назначения, элиты внутренних органов, в жестоком избиении ее сына во время рейда — парень попал в клинику в тяжелейшем состоянии, и неизвестно, что с ним станет. Правда, прессы рядом не было, а значит, дело выходит совсем иным.

Молль показывает процесс утихомиривания протестующих совсем с другой, непривычной нам стороны — от лица полиции. В то время парижские улицы стали эпицентром столь массовых выступлений, что правоохранителей привлекали отовсюду, в ход пошли даже борцы с терроризмом из спецподразделений — из нашей истории можно вспомнить, как подобными бойцами подавлялись демонстрации в Тбилиси, Риге, Москве под самый конец советской власти, в 1990 году. Во Франции 2018-го разве что саперные лопатки не применялись, но посыл был схож: «Нам говорили: республика в опасности, надо подавить восстание военным путем, нам пришлось импровизировать в условиях хаоса!» — именно это все время повторяли обвиняемые спецназовцы в свое оправдание. У них не имелось ни особой формы, ни дубинок, ни средств собственной защиты, они натурально воевали по призыву тогдашнего министра внутренних дел и президента. И подобные заявления лишь усиливали градус взаимной неприязни как между демонстрантами и полицией, так между последней и собственной службой безопасности. Конечно, в такой ситуации помощи от коллег, даже из своего отдела, Стефани ждать не может. Но есть другие свидетели, сравнительно беспристрастные: рядом с местом преступления находится фешенебельный отель, постояльцы которого могли что-то видеть. Бертран отправляется туда.

Молль восхитительно точен в мелочах: когда напарник Стефани заходит в номер за полторы тысячи евро в день, он первым делом садится на кровать, оценивая, как живут люди, способные платить за этот люкс месяцами. И тырит с туалетного столика кусок бесплатного мыла как сувенир. А еще постановщик постоянно сталкивает верх и низ социальной лестницы — вот новая аристократия, с презрением относящаяся ко всем, кто не входит в ее круг, неважно, полиция это или протестующие, вот ее верные слуги из далеких колоний, поколениями горбатящиеся за подачку белых господ и радующиеся, что попали в рай обслугой. А вот «плюшевый десант» в Париж, прибывший на протест как на праздник — и получивший от правоохранителей по полной.

Раздражение действиями Стефани нарастает по мере того, как она продолжает свое упорное расследование. Отворачиваются коллеги, не понимающие подобного упорства, начальство вставляет палки в колеса, на полицейскую наседают родные обвиняемых. Леа Дрюкер досталась сложная роль: неуверенной в себе женщине приходится доказывать правоту даже своим близким, чтоб отстоять пошатнувшиеся убеждения. Однако актриса умело пользуется ситуацией, чтоб обрисовать сложный, многогранный характер героини, которая отстаивает не только свои интересы, но и интересы общества. Отстаивает их в мирке, напрочь забывшем о первопричинах протестов и живущем сиюминутными целями — удержаться на важном месте, не раскачивать лодку, не торопиться с выводами, ведь обнародование подобной истории взорвет общество. Глядишь, рано или поздно люди устанут и сами успокоятся.

Мы помним, чем это все закончилось, и Молль об этом напоминает: к будущему году протесты хоть и выдохлись, но продолжались вплоть до введения повального карантина — складывается ощущение, будто эпидемия ковида послужила лишь поводом для изоляции недовольных по квартирам. И уже не так важно, что стало с раненым подростком, с озверевшими полицейскими, куда важнее другое: выдохлась ли вера людей в силу коллектива, перешла ли в разновидность иллюзии, фата-морганы. Этот фильм вроде бы доказывает подобное утверждение. Или все же дает надежду на лучшее?

Хадж из Мекки в Джидду

Нечасто в наши палестины попадет саудовское кино, тем более интересно, когда оно не просто засветилось на одном фестивале, а где-то оказалось победителем, включая недавнюю Венецианскую биеннале. Сейчас мы выясним, как и о чем снимают там кино, на примере свежей ленты «Хиджра» режиссера Шахада Амина.

Это имя мало кому скажет хоть что-то: Амин и в собственной державе — личность малоизвестная, на его счету всего две короткометражки и одна полноразмерная мистика в духе «Легенды о Нараяме» — фильм «Леди моря», тоже о женских жертвоприношениях и жутковатых традициях. Нынешним фильмом режиссер продолжил тему, перенеся время действия в сравнительно недавнее прошлое, в 2001 год, когда прав у женщин было как у тостера, а отношение к ним — как у бога к своим созданиям согласно суре 51, аяту 56 (Я сотворил джиннов и людей только для того, чтобы они поклонялись Мне¹). Именно в ту пору уважаемая и глубоко верующая бабуся Ситти, испросив письменного разрешения своего сына на путешествие, отправляется с внучками Сарой и Джанной в паломничество в Мекку, кое обязан свершить всякий правоверный хоть раз в жизни, дабы очиститься пред лицем всевышнего и омыться его благодатью. В белых одеяниях, как и положено паломникам, садятся в автобус и отправляются из приморской Джидды в священный путь.

Стоит чуть отвлечься и напомнить читателю, что хиджрой называется переселение Провозвестника Магомета с единомышленниками из Мекки в Медину, с которого есть пошел ислам, календарь и халифат. А теперь вернемся к самой истории.

В отличие от бабуси, внучки не больно горят религиозным рвением, особенно Сара, для которой вырваться из отцовского дома — это повод не для очищения, а для свидания с любимым. Неудивительно, что по приезду в Мекку девушка тотчас исчезает. Какой уж тут хадж! Бабушка тотчас начинает ее поиски, понимая, что на кону не только отношения с сыном, но прежде всего опороченная дьявольскими наущениями душа внучки. Как ни противится этому Джанна, но и ей приходится воспоследовать за Ситти в обратную сторону: по слухам, беглянка отправляется именно в Джидду.

Амин выстроил свой фильм по канонам великого классика Федерико Феллини. Это ощущается буквально сразу, с первых же кадров: всякий уважающий себя киноман непременно оценит отсылку к «Ночам Кабирии», когда после хоровых молений и отъезда автобуса с паломницами по опустевшей дороге пастух прогоняет хорошо нам памятное стадо овец. И далее мы с удивительной и приятной настойчивостью будем ловить знакомые сценки то из «Мошенничества», то из «Дороги», щедро рассыпанные по всему фильму. Тем более, эта картина — роуд-муви, в которой ее путешественницы, пожилая и юная, знакомятся с обратной стороной величественного события — с плутами, лохами, дорожной обслугой, полицией и чиновниками. Обе путницы лишены нарочитой религиозности общества, одна в силу мудрости жизни и истинной веры, другая в силу возраста и подросткового желания не быть как все, а потому паломницы словно бы заново открывают для себя Саудовскую Аравию — вслед за путешествующим вместе с ними зрителем. Остроумный ход постановщика, который позволяет посмотреть ему на родину немного иначе, чуть отстраненно хотя бы в силу четвертьвековой давности истории.

Отдельно стоит сказать об операторской работе. Специально выписанный из США Мигель Иоанн Литин Менс, отдавая дань итальянскому мастеру, вносит свою лепту в полотно. Камера умудряется и объять необъятные просторы пустыни, и втиснуться в переполненный автобус, давая место интимному разговору: одних она возвышает, иных ниспровергает, выказывает потаенное и ошарашивает неожиданным. И все на коротком, но таком удивительном пути к цели.

Путешествие до Джидды будет, с одной стороны, долгим, на путь в пару сотен километров у них уйдет не один день, а с другой стороны — коротким, ибо в нем вместится такое множество людей и событий, какое не у всякого человека случится за добрый год жизни. Надо ли говорить, что после подобного хаджа обе станут совсем другими людьми. А вот куда это их приведет в дальнейшем, найдут ли они беглянку Сару, где и при каких обстоятельствах — это история припасена автором для самого финала. Думается, он вам тоже покажется знаковым, и тоже не без отсылки к итальянскому мэтру. Но об этом судить уже вам, зрителям, перед которыми простерлась долгая дорога и полтора часа экранного времени. Через них еще надо добраться до финала, сжимающего сердце и заставляющего вспомнить о том, в какое время и каким путем движутся его героини. Дорога для всякого путника — испытание, и либо она одолеет идущего, либо он ее — иного выбора попросту нет.

Не погибла молодость, молодость жива!

Иран — страна запрещенных режиссеров. Джафару Панахи не дают выбраться из нее, Али Атшани не дают вернуться. О фильме последнего «Моя маленькая луна» мы сейчас и поговорим.

Сентябрь 2022 года. Две девушки: американка Мелисса и иранка Мона, учащиеся в выпускных классах, — знакомятся друг с другом по сети и сразу становятся близкими подружками. Они делятся всем на свете, будят по утрам, желают сладких снов вечерами и мечтают, как в недалеком будущем обязательно встретятся, и не только на экране мобильного. Поскольку американским гражданам путь в Исламскую республику (какое все же смешное словосочетание) запрещен, Мона собирается повидать Мелиссу у нее на родине; она вот-вот должна получить загранпаспорт, а бедной выпускнице собраться — только препоясаться. Американка уже подготовила к ее приезду комнату. А еще у нее особенный подарок: Мелисса рисует карандашный портрет подруги, который собирается преподнести в день встречи. Вот только случай все меняет. В Иране начинаются самые масштабные протесты со времен Исламской революции 1979 года, вызванные гибелью молодой девушки Максы Амини от рук полиции нравов: ее до смерти забили в участке за неправоверно надетый хиджаб.

Этот фильм снимался в США, а потому режиссер, сценарист и продюсер в одном лице счел необходимостью дать пояснения жизни граждан своего отечества для сторонних наблюдателей. Пока подружки постоянно общаются в «Скайпе», вечно включенный телевизор фоном рассказывает о причинах волнений, о росте протестных настроений иранцев, о молодых людях, требующих не вмешиваться в их жизнь, о девушках, срывающих осточертевшие платки и публично ходящих, страшно сказать, простоволосыми. Реакция на ту смерть среди молодежи оказалась столь мощной, что на улицы вышел сперва спецназ, потом армия и милиция (не в советском, но в «первозданном» смысле слова), а затем вообще все, кто был верен рахбару и его подельникам. Начались облавы, аресты, расстрелы; стали глушить Интернет. Но хуже всего, что сама Мона отправилась выразить солидарное мнение с другими участниками, как ни уговаривала ее Мелисса: это для молодой иранки та потребная необходимость, без которой невозможно и дальше считать себя гражданкой страны.

Атшани великолепно показал подростковую телефонозависимость всего одной сценой: когда Мелисса сразу не получила от Моны ответа на очередное свое сообщение, первым делом она решила, что та за что-то на нее обиделась, а уже потом заподозрила неполадки со связью, о которых только и вещал «ящик» в их доме. И вот после этого случая наступило то тягостное, мучительное и страшное ожидание, что испытывает любой человек, попавший в схожую ситуацию — когда нет возможности дозваться до подруги, которая ходит на учебу по простреливаемым улицам под взглядами правительственных боевиков из правительственных броневиков, в голову лезут самые черные мысли. А когда молчание длится не часы, но дни — и подавно.

За последние пару десятков лет планета Земля стала настолько тесной, что пропажа даже одного человека в мире, напичканном камерами, кажется чем-то нереальным. Тем не менее произошло именно это.

На главные роли режиссер пригласил совсем не известных актрис: Наталию Поло и Эльназ Багери, но, несмотря на молодость, этот дуэт сумел приковать к себе внимание. Девушки вжились в предлагаемые роли, выразив в полутора часах экранного времени все переживания, страхи, тревоги и надежды нового поколения обеих стран, так неожиданно и так закономерно пересекшихся меж собой.

Сам же Атшани предлагает нам стать невольным участником происходящих в Иране событий. Так же влипнуть в экран, пытаясь хотя бы по косвенным сообщениям понять, что там уже случилось или что еще может произойти. Находиться вне информационного поля в стране, которая суть центр информации, кажется невыносимым. Где же Мона, она на улицах или в участке? Или укрылась у знакомых, спасаясь от расправ? Мелисса пытается дозвониться хотя бы до кого-то в охваченной мятежом стране: друзей Моны, подруг, родственников близких и дальних. Хорошо, когда есть автоматический переводчик, с ним всяк человек любому другому друг, товарищ и брат. Пусть он хоть сто раз американец.

Нельзя не сказать пару слов об этой удивительной нации: им, «наследникам Энея», потомкам изгнанников, бродяг, диссидентов и лишенцев, отвергнутых Старым Светом, до сей поры небезразличны судьбы остального человечества, которому они совершенно бескорыстно в массе своей готовы помочь хоть чем-то и как-то; за это их любят и ненавидят одновременно. Знакомые и друзья друзей Мелиссы тоже из таких. Они собирают подписи, обращаются в посольство, к конгрессмену, пытаются сделать все, лишь бы на другом конце земли стало спокойней. Лишь бы Мелисса встретилась с самым близким человеком, находящимся вроде бы рядом, но в то же время бесконечно далеко. Получится ли? Успеют?

Не надо недооценивать пенсионеров

Не так давно я уже поминал о необходимости вводить категорию фильмов 80+, но, кажется, поспешил. Продолжительность жизни настолько быстро увеличивается, что уже и девяностолетние актеры перестают удивлять. Теперь это не один только Клинт Иствуд, которому возраст не помеха как играть, так и снимать, но и многие другие, к которым ныне присоединилась любопытная бразильская пара. О ее приключениях мы сейчас и поговорим. Речь пойдет о фильме «Бандиты на пенсии», недавно вышедшем в мировой прокат.

Классическая история мести через ограбление была подхвачена и переосмыслена режиссером-постановщиком картины Клаудио Торресом. Все мы помним, как герой Луи де Фюнеса с семьей мстил разорившему его банкиру в фильме «Взорвите банк» — примерно то же решили проделать его бразильские коллеги. Зуб на банк у Родольфо и Марты имелся большой: в свое время мужа выгнали с работы с волчьим билетом за разоблачение финансовых махинаций, так что на протяжении последующих сорока лет чета влачила жалкое существование, перебиваясь с пустого на порожнее, и только на пенсии зажила по-настоящему. Тогда-то и созрел план ледяного блюда мести. Осталось только собрать подходящую компанию, что-то вроде одиннадцати друзей приснопамятного Оушена.

Постановщик явно увлекся не своим делом: до этого Торрес снимал в основном мелодраматические сериалы, например «Великолепные 70-е». Но что-то его заставило сойти с привычной колеи и, подобно собственным героям, пуститься во все тяжкие. И результат не замедлил сказаться: кино вышло ударное. А уж актеры и подавно.

Исполнителям главных ролей Фернанда Монтенегро и Ари Фонтора несколько больше заявленных в сценарии девяносто четырех, но их это нимало не смущает. Для начала супружеская чета обезоруживает газовым баллончиком парочку молодых грабителей, вторгшихся в их домик по наводке туристического агентства (учтите на будущее, насколько опасно им доверять свои персональные данные), и забирает с виртуального кошелька скопленный нетрудовыми доходами биткоин в качестве аванса за предстоящую работу. Она будет заключаться в следующем: все четверо отправятся в банк, чье нутро Родольфо знает как свои пять пальцев, и хитрым образом проникнут через зал персональных ячеек в соседнее золотохранилище. А уж вывезти пару десятков слитков в креслах-каталках — это дело техники. После чего все они покинут суматошный Рио на самолете, пилот которого — давний друг и воздыхатель Марты.

Но все мы помним слова Сенеки (а кто не знает, стоит запомнить): «Глупо строить планы на всю жизнь, не будучи хозяином завтрашнего дня». К криминальным комедиям они относятся как нельзя более точно. Разумеется, в самом идеальном плане находится своя трещина, которую Торрес изящно преподносит зрителю: молодые воры не хотят делиться с пожилыми грабителями и старательно улещивают пилота, чтоб обойтись без них: и денег больше достанется, и хлопот меньше. И летчик сдается. Так внутри одного плана появляется второй. А затем и третий вмешивается в жизнь — в лице комиссара полиции, занимающегося расследованием махинаций того самого турагентства, при котором так ловко работали юные воришки.

Как вы понимаете, нетерпеливо предвкушая развязку, ни один из планов не будет полностью воплощен в жизнь. Вмешается одно обстоятельство, затем другое, третье… но результат выйдет сногсшибательный, уж поверьте на слово. Насколько неожиданной ни представлялась бы вам развязка, задуманное постановщиком превзойдет эти ожидания. Нет, не зря Торрес занялся не своим делом, результат того стоил. Да и актеры на диво хороши: Монтенегро и Фонтора отыгрывают, сбросив добрый пяток десятков лет, зажигательно, остроумно и совершенно непредсказуемо. Переменить за один фильм несколько масок, к каждой из которых зритель успевает привыкнуть, именно в нее поверив бесповоротно, дорогого стоит. А что же в итоге? Как повернется судьба молодых дарований и умудренных опытом мошенников? Об этом вы узнаете, посмотрев до самого конца, до финальных титров и даже чуть дальше эту фееричную, как карнавал, комедию, заслуженно привлекшую внимание большого числа зрителей по всему миру.

---

¹ Перевод Кулиева. (Примеч. авт.)

---

Кирилл Берендеев

Перпендикулярное кино (100 рецензий на фильмы за пределами Голливуда)

Информация о том, как можно заказать книгу: https://ridero.ru/books/perpendikulyarnoe_kino/

В сборник вошли рецензии на зарубежные фильмы, вышедшие в последние годы за пределами голливудских студий в самых разных странах мира: от Франции до Камбоджи, от Новой Зеландии до США (независимых студий), во всех жанрах, кроме скучного. Они разбиты на несколько разделов, в зависимости от жанров: драмы и мелодрамы, комедии, детективы, исторические, ужасы и триллеры, фантастика, детские и подростковые.