Пролог

— Дж-ж-ж !.. — по стенке разлетелись сверкающие кусочки хрусталя. Бросок Джона достиг своей цели — окружающие его люди застыли, а сам он устало рухнул в кресло и закрыл лицо руками.
Возникла тишина, лишь холодно блестели рубиновые капли вина — безмолвный упрек жидкости всем этим психованным людям вокруг.
— Что еще ? — спросил Джон тихим голосом.
Финал, как и следовало ожидать был бушующим, и совершенно бесполезным.
Его родители со смешанными выражениями на лицах молча вышли из комнаты.

Зима близко…
Джордж Мартин, «Игра престолов»

Шёл красный снег, когда фонтан крови забил из горла священника, переброшенного через изгородь. Алые кристаллики льда кружили в воздухе, будто снежинки, и оседали на лице умирающего, как будто ничего не произошло.

Шёл красный снег, когда Гесина закрыла крышку сундука – как раз вовремя, потому что в дверь просунул голову… тролль. Огляделся по сторонам, принюхался, чихнул от дыма, сочившегося из всех щелей, никого не нашёл и покинул келью, проломив макушкой крышу. Читать далее →

Папа Андрея Клушанцева всегда говорил, что чудес на свете не бывает. Нет, например, ни “снежного человека”, ни НЛО, ни морских змеев. Нострадамус не предсказывал будущего, а Атлантида была просто выдумана Платоном. Между отцом и сыном часто возникали яростные споры, во время которых всегда повторялось одно и то же: Андрей буквально из кожи вон лез, приводя всевозможные доказательства реальности этих существ, явлений и объектов, а развалившийся в кресле (или на диване, или в шезлонге, или где-нибудь еще) папа лишь усмехался, лениво отбивая удар за ударом своими неотразимыми, как ему казалось, контраргументами. Читать далее →

Прихожая.

О, здравствуйте, здравствуйте! Что смутились? Не стесняйтесь, проходите! А логику вон на тот гвоздик повесьте, да простит меня великий Шекли! Уже хотите знать, что происходит? Какие Вы нетерпеливые… Нехорошо. Всё Вам на тарелочке сразу подавай. Нет уж, смотрите и вдумывайтесь сами. Тем более, это ведь не сложно? Я надеюсь, Вы не против чуток поразмыслить? Если да, то добро пожаловать! Читать далее →

Событие, описываемое в рассказе, взято из реальности.
Факты частично соответствуют действительности, частично — нет.
Поэтому читатель сам решает, что именно
сфабриковано автором.

Март, 2006 год
Московский отдел по расследованию убийств

— Да ладно, и это ваш профессиональный Оракул?! Читать далее →

Город Поющих Стекло рассыпал острые блики, озаряя равнину. Мерцали стены, в стеклянной глубине ворочались переливы света. Прозрачные шпили башен едва виднелись на фоне неба. Жители имели плавные черты лиц и кожу с оттенком малахитовой зелени. И каждый почти непрерывно что-то напевал.

Здесь было уютнее, чем у Играющих Камень – я держал путь от них. Басовитые переливы тамошней музыки нагоняли дрожь, и казалось, что сам превращаешься в валун. Формы, которые принимали скалы после таких мелодий, были красивы, но мрачной красотой. Впрочем, не вечному бродяге судить, кто лучше. Читать далее →

Купол резиденции общепланетного правительства имел форму носа космической ракеты. Казалось, вот-вот огромная башня, господствующая над соседями, изрыгнет пламя из подземных этажей и взлетит, проминая собой небеса… И все же она стремительно пустела – как дерево, хиреющее в тени более сильного собрата.

Тень сейчас, в первой половине дня, действительно накрывала купол, падая сверху от того, что язык не поворачивался назвать зданием. Скорее это напоминало гору, которая обосновалась прямо в городе. Улеглась, занимая многие кварталы и километры, разбросала многочисленные отроги и высоко подняла хребет. Читать далее →

— Что тебе привезти? – снова спрашиваю я.

Ничего умнее в голову не лезет, а просто сидеть в тишине — страшно. Молчание давит. Как-то не так все сложилось у нас с Ло, раз не о чем помолчать вместе.

С утра ей было лучше. Ло насмешничала, на мой немудреный вопрос каждый раз отвечая по-другому, но всегда цитатой из старого. То «Мне рябиновые бусы из-за моря привези», то «…Цветочек аленькой!».

А я, смеясь, отгадывал, откуда эта строчка.

— Бредит девка, — горевала сиделка тетя Даша. Читать далее →

Третью неделю льет дождь.

Улицы пусты. Потоки воды взапуски бегут на брусчатке, заплетая мокрые косы вокруг моих щиколоток. Ступаю осторожно, берегу видавшие виды резиновые сапоги.

Так же аккуратно переходят затопленную улицу редкие прохожие – все как один в высокой обуви – только новенькой, не то, что у меня – и в дождевиках. Капюшоны надвинуты на лица, а над головами спасательными куполами раскинулись огромные зонты — словно с неба льется не вода, а кислота. По Ясной улице, бегущей от вершины одного холма к другому, не пройти даже в сапогах. Кто-то плечистый, закутанный в целлофан, скользит по воде в резиновой лодке, отталкиваясь от брусчатки багром. Я не вижу лиц этих людей, но знаю, что они мрачные. Дождь ломает все планы: без необходимости на улицу не выходят. В этом городе почти идеальный климат, здесь не бывает холодно или ветрено, здесь даже не бывает темно. И только дождь, обычный дождь оказался ученым не по зубам. Не случайно его никто не любит. Читать далее →

Белый оскал солнца, сковородочная жара, песок – кипяток.

Денно и нощно шёл человек к урбанистическому миражу на краю пустыни. Третьего дня солнце ударило его в затылок. Память вернулась, но не целиком, и вся она была – как фасеточная роговичная линза насекомого.

Кое-что помог восстановить прибор, который человек хранил на груди. Достал свёрток из-за пазухи, развернул. Сталь и хром на стыках. Отражая беспощадное солнце, в глаза бросилась надпись: «Memento mori». Читать далее →