Григорий Панченко. Альбер Робида: ХХ век, которого не было



Вернуться к содержанию номера: «Горизонт», № 7(9), 2020.


Кто же не знает Альбера Робида (1848—1926)? Разве что тот, кто не смотрел анимацию Миядзаки — во всяком случае, такие «квазистимпанковские» ее образцы, как «Наусика из Долины ветров» и особенно «Ходячий замок», где иронически веселая, но с мрачноватой «подкладкой» фантазия знаменитого француза пропущена через японский светофильтр… и дополнена нашим «послезнанием» о ХХ веке. Том веке, который был грядущим для Робида, а для нас уже стал минувшим.

Век пара и электричества сохраняет свою эстетику, даже заглядывая в свое будущее (и наше прошлое)…

Кажется, эти же футурологические образы воздействовали и на Алексея Толстого (мир инженера Гарина: не сам гиперболоид, но… все остальное), и на Честертона (мир «Перелетного кабака» и примыкающих к нему вещей). И Уэллса. И Оруэлла, хотя уже постфактум, с потаенной горечью. Кажется, некий кремлевский мечтатель, который для становления новой формации считал необходимой «плюс электрификацию всей страны», тоже читал в молодости его книги и любовался иллюстрациями… Вот только к делу он приступил без той галльской легкости, которая вообще-то от футурологии Робида неотделима: даже о поистине страшных вещах Робид ухитрялся говорить не совсем всерьез. У части его читателей, увы, были проблемы с юмором.

Даже трудно сказать, кем Робида является в первую очередь. Ясно, что скорее художником, чем писателем: его иллюстрации можно (иногда даже нужно) смотреть и без текста, а тексты сейчас, увы, можно читать лишь ради иллюстраций. А еще кем?

Может быть, отцом стимпанка? Но в его мире «рулит» в основном не пар, а электричество, «великий раб». При этом хватает и лошадей (иногда в газовых масках, потому что на войне гипотетического ХХ в. «рулит» прежде всего химия и бактериология, а иногда в модернизированных доспехах — ибо на территории частных загородных владений «рулит» узаконенный и облагороженный неофеодализм), и велосипедов: на земле, в воздухе, на поле боя рядом с причудливыми вариантами электростимпанковских танков, пулеметов и газометов.

Артиллерийско-химическая батарея на марше: коням, в отличие от людей, глаза почему-то защитить не додумались
Офицер этой батареи в полевой форме
На «миазматической батарее» защитных костюмов не предусмотрено: представления о биологической войне еще туманны
Это пока не война, это — маневры…
А вот это уже война

Вообще его эпоха была помешана на велосипедах, причем во многом это произошло «с подачи» литературного соавтора Робида, Жиффара, который был не только писателем, но и фундатором новых технологий — как раз антистимпанковских: велосипед, автомобиль…

Кстати о соавторах Робида. Жиффар среди них — самый известный, но самым знаменитым, похоже, был… Жюль Верн: «похоже» — потому что соавторствовал он полуофициально. Речь идет о романе-комиксе (этого понятия тогда не существовало, а вот явление было налицо!) «Необычайные путешествия Сатурнина Фарандула», являющемся одновременно пародией на «20 000 лье под водой» и их продолжением, альтернативным по отношению к «Таинственному острову», уже пять лет как написанному. Однако пародийность тут дружеская, такая, что в ней и маститому автору первоисточника поучаствовать не грех… если сделать это инкогнито.

Сюжет «Сатурнина Фарандула» пересказать затруднительно. Главный герой — Тарзан, Супермен и капитан Немо в одном флаконе, а действия его не забегают в ХХ в. (для романа, написанного-нарисованного в конце 1870-х, даже конец 1890-х — «мир будущего»), однако для нас все равно выглядят альтернативной реальностью. Между прочим, с Мировой войной, но гораздо менее ужасной, чем знает наша реальность.

Существует легенда, что творчество Робида будто бы утратило популярность во время Первой мировой, когда «его прогнозы начали сбываться с ужасающей точностью, а сам Альбер, испугавшись своих пророчащих творений, перестал рисовать». Да нет: и тогда, и сейчас это были не пророчества, а «предвидение несбывшегося», современники это отлично осознавали… вот только действительность оказалась настолько страшна, что иронизировать по ее поводу долгое время казалось неуместным. Может быть, и зря. Окажись послевоенные годы менее наполнены «звериной серьезностью» — глядишь, Первая мировая и осталась бы единственной…

Автоматическое оружие с общим «баком»-магазином и патронопроводами от него: любопытный вариант!
«Газовый пистолет» в том мире означает нечто иное, чем в нашем
Страшный лик «войны грядущего»…

А Альбер продолжал работать до старости, причем от футурологии не отказывался. Последняя его серия иллюстраций, созданная за считанные месяцы до смерти, именуется «Воздушные замки». Речь идет о вознесенных в небо домах ближайшего будущего (теперь, видимо, следующего века, то есть нашего: художник прожил в двадцатом столетии уже более его четверти и, безусловно, понял, что оно куда-то не туда завернуло). Но название поистине символично…

В любом случае работы Робида следует смотреть, а не читать. К чему и приступим. Перед нами — малая толика визуализаций из цикла «Двадцатый век», созданных в 1883 году.

Собор Парижской Богоматери в ХХ в. стал аэропортом
Повышенное внимание к аэронавтике налицо: воздушная реклама…
…И воздушное казино. А вот к космосу этот ХХ век на редкость равнодушен
«Вы не подскажете, как проехать к…»
В таком мире консьерж дополнительно исполняет обязанности лифтера и аэродиспетчера — а до компьютеров еще не додумались…
Но до воздушной полиции уже вполне додумались!
Ввысь поднят не только транспорт, но и жилье. Эта вилла люкс-класса вдобавок еще и вращается, обеспечивая наивысший комфорт
А за пределами мегаполисов раскинулся неофеодальный пояс — и владельцам вилл приходится выпроваживать незваных туристов в соответствующем ему стиле
Новые технологии Робида, в отличие от Жюля Верна, распределяет не только между «безумными учеными»: ими насыщен весь быт. В городских домах кухни уступили место централизованной поставке (по трубам) из фабрики рационального продовольствия. Продукты изготавливаются в основном из нефти и угля, а руководят процессом кулинарные и фармацевтические инженеры. Авария Большого Пресса в центральной кухне-фабрике Парижа — событие грандиозного масштаба, требующее решительных мер
В ХХ в. меню абонентам будут представлять вот так…
А это не едят: «комнатные леса» до распространения моды на бонсаи
«Поздравляем победителей!»: награждение на сельскохозяйственной выставке. Как видно, не вся пища синтезируется из угля и нефти…
«Коронавирусы» XIX в. То есть XX. То есть это вообще бациллы и противостоящий им неустрашимый микробиолог
Дуэль между журналистками. «Женщина работает теперь рядом с мужчиной, как мужчина, столько же, сколько мужчина», — значит, и прочие атрибуты мужской жизни для нее не запретны
В Англии злостными алиментщиками занимается главным образом женская полиция
В ЗАГСах ХХ в. сотрудники, прежде чем выдать документ о заключении брака, требуют согласия родителей жениха и невесты… но получить его можно и «удаленно» 
Военный корреспондент на передовой: новости с фронта тоже можно передавать «удаленно». А вот что головной убор корреспондента напоминает буденовку — совпадение: Буденный едва успел родиться!
Парижская революция-1953. Защитники баррикад в перерывах между боями позируют перед фотокорреспондентами, уделяя этому больше времени и внимания, чем собственно боевым действиям. Что ж, такое и в нашей реальности бывает…

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s