Татьяна Альбрехт. Королевство, которое едва не потеряло себя



Вернуться к содержанию номера: «Горизонт», № 5(7), 2020.


1. Общие реалии


Чтобы разобраться в столь сложном явлении, как французские Религиозные войны второй половины XVI века, надо понимать, что собой представляла Франция той эпохи, потому что именно особенности страны, нации, государства обусловили возникновение и существование этого явления в том виде, в каком мы его знаем.

Ниже мы представляем небольшое обзорное описание Франции, ее основных властных структур, экономики, монархии и монахов.

Итак.

Французское королевство XVI века — образование сложное, противоречивое, состоящее из множества разительно отличавшихся друг от друга частей.

Это не только извечное разделение между Севером и Югом, но и последствия Столетней войны (1337—1453 годов), когда в течение десятилетий отдельные области страны были под английским владычеством, а также совсем недавнее присоединение Бургундии (1477 год) и Бретани (1492 год), сложные отношения с Беарном, Наваррой и другими припиренейскими областями.

А если углубляться дальше в историю, то невозможно не вспомнить Анжуйскую империю (1154—1204 годы), ересь катаров и альбигойские войны (1208—1272 годы). Отсюда следовало извечное, непреодоленное отчуждение Юга, областей, входивших в состав Анжуйской империи или долго пробывших под властью Англии.

Кроме того, даже поверхностный наблюдатель не мог не заметить разительных отличий между провинциями: богатство и блеск преуспевающих Гиени, Пуату, Бургундии не могли вызывать симпатию у прозябающих Анжу, Иль-де-Франса, Бурбоннэ.

Все эти проблемы лишь ждали своего часа, чтобы выплыть наружу и спровоцировать социальный взрыв, который должен был либо предложить пути их решения, либо погубить королевство.

Принципы общественного устройства


Основу монархической Франции составляло общество, основанное на трех составляющих:

  • обычаях,
  • иерархичности и корпоративности;
  • католической религии.

Обычаи, унаследованные от Средневековья (а некоторые даже от древних племенных традиций германцев), являлись законами, регулирующими отношения между индивидуумами и различными сообществами какого-либо региона страны, основой системы гражданского права каждой провинции и даже каждой административной единицы1. Правовая система исходила из «общественного договора» между тремя сословиями государства. Исключения составляли южные регионы, где в ходу было римское право — Кодекс Юстиниана.

Считалось, что частное право находится в компетенции народа, публичное — в компетенции суверена-короля2. Все вместе это составляло своеобразную «конституцию» Французского королевства, незыблемую, неприкосновенную, находящуюся вне компетенции даже монарха и Церкви.

Иерархичность и корпоративность заключалась в пренебрежении личными правами индивида. У человека не было никаких иных прав, кроме тех, которыми обладала его социальная группа.

Эти группы были открыты и социально активны. Общество было разбито на многочисленные корпуса, коммуны, учреждения, компании, каждая из которых имела свои правила и управление, обладала своими привилегиями. Иными словами — жила по собственным гражданским законам.

Корпоративная организация являлась фундаментом монархического общества. Различные корпорации действовали на всех уровнях иерархии: три сословия, городские муниципалитеты, сельские и приходские коммуны, торговые и ремесленные союзы, королевское чиновничество, коллегия юристов, коммерческие и финансовые компании, врачи, цирюльники и хирурги, аптекари, преподаватели и студенты, академики и т. д. Каждая корпорация обладала «свободами и привилегиями».

Социальная иерархия носила двойственный характер.

С одной стороны, существовала определенная экономическая градация в соответствии с доходами. Однако гораздо большее значение имела градация психосоциальная (менталитет): по происхождению или по принадлежности к тому или иному социальному образованию. В ней коренились все социальные противоречия. Дворянин, живущий на тощую ренту, презирал богатого торговца, даже если женился на его дочери для того, чтобы вновь «покрыть золотом свой герб» и «унавозить свою землю». Негоцианты, в свою очередь, презирали ремесленников и рабочих. В деревнях крупный фермер, монополизировавший землю и нередко собиравший за своего господина подати, смотрел свысока на остальных крестьян. Сборщик арендной платы или налоговый прокурор от сеньора терпеть не могли этого фермера, потому что являлись чиновниками, освобожденными от подати и обязанности предоставлять жилье военным. Эти привилегии давали моральное превосходство над простолюдинами.

Католическая религия была «религией государства и короны Франции», т. е. костяком, на котором зиждилась жизнь француза от крещения до соборования.

В этом обществе были изгои — еретики, евреи, комедианты и все прочие, кого церковь клеймила и отказывалась хоронить на освященной земле.

Духовенство вело акты гражданского состояния. Большая часть человеческой деятельности протекала под эгидой церкви, начиная с устройства госпиталей и богаделен до ремесленных, профессиональных, социальных объединений. Любая социальная группа или коммуна почитала своего святого покровителя, в любом частном или общественном документе было воззвание к Небесам в какой-либо форме.

Словом, вся жизнь француза до мельчайших деталей быта носила отпечаток католицизма. Католическим было само государство: король — потомок Людовика Святого — был связан с церковью обрядом коронования и помазания. Общественная жизнь была пропитана религией.

Французская монархия — режим, основанный на божественном праве короля.

Тенденция укрепления королевской власти формировалась на протяжении всего Средневековья и окончательно утвердилась к XVI веку. Последние крупные феодалы «укрощены» или изгнаны из страны, составлено и принято законодательство, французский стал официальным государственным языком.

Королевская власть последовательно упраздняла все старые автономии, объединяя под своим влиянием все социальные группы и консолидируя государство посредством развития его структур (правосудие, налогообложение, армия) и государственного аппарата.

Экономика


Экономика Франции XVI века развивалась в русле начавшейся в последней трети XV века общеевропейской тенденции роста цен и экспансии. Улучшение демографических показателей и демографический рост выявляется во множестве источников. Однако это «процветание» характеризовалось весьма рваным ритмом и сопровождалось множеством кризисов. Вызываемые неурожаями, эпидемиями, войнами, они затрагивали и сферу производства, и финансы3.

Деньги

Во Францию, имевшую тесные торговые связи с Испанией (получавшей золото и серебро из своих американских владений), ценные металлы поступали неравномерно. Вследствие спекуляций на изменениях цен на золото и серебро французские деньги обесценивались, что привело к вторжению на рынок «плохих» иностранных денег и к выводу из обращения «добрых» французских монет. В правление Генриха III финансовая поддержка, оказанная королем Испании Парижской Лиге, привела к новому наплыву испанского серебра. В результате за век покупательная способность серебряных денег уменьшилась примерно на 4/5.

Цены

Повышение цен, таким образом, было обусловлено неблагоприятной монетарной ситуацией, вызванной двумя факторами: избытком ценных металлов и обесцениванием ливра в обращении. Рыночный обмен был бесконечно разнообразен в зависимости от времени года и регионов. Причинами повышения цен выступали и рост объема кредитования в крупных деловых центрах, и инвестиции4, и повышение спроса на предметы роскоши в придворной, дворянской и буржуазной среде, и возросшая потребность в наемных солдатах.

Религиозные войны опустошили и обезлюдили страну, рост сельскохозяйственного и ремесленного секторов экономики замедлился, что вызывало нехватку продукции и, как следствие, новый рост цен.

В итоге рост цен снизил устоявшийся уровень доходов различных категорий населения. В то же время инфляция увеличивала капиталы, стимулировала спрос, давала толчок к развитию промышленности и торговли, росту городов.

Социально-политические последствия

Самым главным было возросшее влияние государства на экономику. Королевская власть стремилась к созданию благоприятных условий для коммерции путем разработки торгового законодательства5, унификации налоговой системы, строительства дорог и упрощения их эксплуатации6, оптимизации водного сообщения.

Власть также осуществляла гибкую продовольственную политику: обязательная продажа зерна на местных рынках7 позволила избежать спекуляции и соответственно голода в регионах-производителях, в урожайные годы, напротив, разрешалось свободно продавать излишки8. Протекционизм проявлялся также в введении жестких таможенных правил: запрет на экспорт продуктов питания и других жизненно важных товаров, запрет на импорт «изделий ремесленников» и продукции зарубежных мануфактур, т. е. всего того, что способствовало оттоку денег из страны.

В монетаристской области монархи боролись с оттоком валюты, злоупотреблениями ювелиров, менял и чеканщиков.

Однако череда указов Генриха II9 свидетельствует о малой эффективности этой борьбы. На монетах не был указан номинал, что давало возможность оценивать их произвольно.


В 1577 году Генрих III сделал еще одну попытку исправить ситуацию: упразднил привычный ливр и ввел экю с фиксированной стоимостью в 3 ливра. Эта мера, нацеленная на сохранение золота как единого платежного средства, успешно действовала 16 лет. Однако в 1592 году вследствие непрекращающихся войн и социальных волнений, а также нового притока испанского серебра опять началась инфляция. Золотое экю возросло в цене до 8 ливров. Генрих IV выгнал из страны испанских наемников, но не сумел изгнать из страны испанские деньги. Указом от 1602 года ему пришлось восстановить ливр в качестве денежной единицы и признать как золотые, так и серебряные деньги.

Социальная структура общества


Демография XVI века изучена очень плохо, нет ни данных переписей, ни оценок современников. Ведение метрических книг10 оставляло желать лучшего. Кроме того, не учитывались люди, не имевшие постоянного жилья, и гонимые протестанты.

По расчетам Ролана Мунье, численность населения в 1559 году приблизительно составляла 18—19 млн. человек, а плотность — примерно 40 человек на 1 кв. км.

По официальным данным, в Париже проживало около 150 тыс. человек, а по «переписи» Генриха IV во время осады 1590 года — примерно 200 тысяч.

Все же кое-какие данные есть. В частности, можно отметить высокую рождаемость11, очень высокую смертность, особенно детскую12. 96—97% населения составляли сельские жители — землевладельцы и крестьяне.

Братья Гизы: в центре — Генрих (Анри) «Меченый». Рубленый шрам на левой щеке художник изобразил очень осторожно, чтобы не вызвать неудовольствия заказчика

Несмотря на то, что формально иерархии внутри дворянского сословия не существовало, на самом деле бóльшая часть дворянства Франции так или иначе группировалась вокруг нескольких особенно могущественных и знатных дворянских кланов. Дворян связывала с этими кланами не только система вассалитета (зачастую чисто формальная — только на основе локализации бенефиция), но и, что куда более важно, — своеобразная система клиентелы, основанная на личных связях, личной преданности, общности интересов. Т. е., например, «анжуйцы» при герцоге Франсуа Анжуйском именовались так не столько потому, что имели в Анжу наследственные или вассальные владения, но и потому, что являлись проверенными и сознательными сторонниками герцога, чья верность и служба, помимо традиции, основывалась на личном выборе. То же можно сказать о «людях Гизов», «людях Бурбонов» и т. д.

Земельное право


Структура земельного законодательства Франции была одновременно феодальной и сеньориальной.

Основа феодального режима состояла в почитании вассалом своего господина, который предоставлял ему защиту и средства к существованию, обеспечивая земельным наделом. Т. е. заключался «контракт» — оммаж, связывавший двух людей взаимными обязательствами по принципу: «Ты меня охраняешь. Я тебе служу».

Феодальное право регулировало денежную сферу: право взимания налогов и определенных рент, а некоторые безземельные сеньоры имели лишь право взимать налоги с владельцев недвижимости.

Формально феодальное право распространялось только на отношения внутри благородного сословия: феод, будучи землей «благородной», не облагался налогами и т. д. Однако любой владелец феода обязывался делать ряд выплат своему господину по особым случаям: продажа и перенос феода, женитьба и наследование.

Со временем присягу на верность господину стали принимать в виде клятвы, регистрируемой нотариальным актом, присягу чести, приносимую королю прямыми вассалами короны, принимал канцлер (от владельцев крупных феодов) и Счетная палата или Податной двор (от владельцев малых феодов).

Начиная с XVI века земельные наделы стали скупать буржуа. Они стремились убить сразу двух зайцев: выгодно вложить капитал и проникнуть в дворянское сословие. Покупатель неблагородного происхождения обязан был заплатить в казну налог на право владения уделом. Он становился господином, но его земля не признавалась «благородной», хотя на практике часто второе поколение владельцев становилось настолько влиятельным, что приравнивалось к дворянскому сословию. Однако «знатность» такого рода оставалась незаконной, если только не узаконивалась дворянскими грамотами из рук короля.

При этом благородное сословие не было закрытой кастой и не обладало внутренней иерархией. Критериями внутрисословного различия были знатность и древность рода, а также объем земельных владений, но на деле только герцоги, находившиеся по статусу ниже лишь принцев королевской крови, и особенно герцоги-пэры13 стояли выше остальной аристократии, различные титулы которой мало что значили в социальном и политическом отношении.

Аллоды. За рамки феодальной системы выходила древняя аллодиальная форма собственности14. Аллодов много было в Гаскони, в Бретани, Булони и Блезуа аллод был господствующей формой собственности, в Бордо и Базаде около 1/10 земли составляли аллоды.

В XVI веке эта форма собственности стала распространяться все шире за отсутствием у землевладельцев сеньориальных титулов или вследствие самовольного захвата земель, заброшенных в ходе войн. Многие податные крестьяне в этой связи отказывались от всякого рода повинностей, что послужило причиной многочисленных судебных разбирательств. Право на владение аллодом подтверждалось купчей, в которой обычно прежний владелец и обладатель права на землю объявлялся неизвестным.

Сеньория состояла из феодов или аллодов, являвшихся структурными юридическими ячейками.

Существовало два типа сеньоров.

Первый — простые сеньоры (сансье), получавшие лишь простые подати, небольшую ренту и годовой символический взнос «признания сеньории»15.

Второй тип — сеньоры, обладавшие монополией баналитета, которые, помимо экономических прав, имели судебные и охраняли правопорядок в пределах данной сеньории. Эти права признавались королевской властью, но контролировались государством.

Сеньориальные права были, с одной стороны, персональными и почетными, с другой — «полезными», так как представляли собой источник доходов. Особняком стоит сеньориальное право на осуществление правосудия и все проистекавшие из него выгоды — материальные, моральные и социальные.

Существовало три уровня судопроизводства: низший, средний и высший — в зависимости от объема юридической компетенции сеньора и от того, обладал ли он баналитетом. На нижнем уровне решались незначительные дела, в частности правонарушения, каравшиеся штрафом. Высший суд имел штат, архив, канцелярию, так как требовалось составлять, выдавать и хранить судебные акты. Сеньор содержал этот штат за свой счет. Сеньоры ниже рангом могли довольствоваться только сборщиком арендной платы и налоговым прокурором16.

В процессах, рассматривавших конфликт между сеньором и его подданными, сеньор выступал одновременно судьей и одной из сторон.

Юридически сеньория включала в себя три части: домен, т. е. «ближнее» поместье, податная земля прямого сеньориального подчинения, находившаяся во владении или пользовании арендаторов, и общинные угодья, находившиеся в коллективном пользовании.

Сеньор оставлял за собой территорию вокруг замка, обихаживаемую замковой прислугой либо крестьянами (иногда в виде барщины), но чаще всего землепашцами (крупными арендаторами) или мелкими арендаторами.

Землепашец платил фиксированную ренту17. Нередко землепашцы были настоящими мелкими капиталистами со слугами и собственным выездом, а их надел принимал некоторую часть сеньориальных прав (обычно по взиманию различного рода сборов).

Мелкий арендатор был наиболее распространенным типом землепользователя на всем западе и большей части юга. Размер арендной платы устанавливался соглашением между ним и сеньором, арендатору выдавались средства производства. Основная масса мелких арендаторов состояла из бедных крестьян и была очень зависима от погодных условий18. Чаще всего мелкая аренда едва позволяла сводить концы с концами, зато сеньор был более-менее обеспечен податным сбором с нескольких землепашцев.

Оброчный крестьянин был лично свободным мелким собственником, «сеньором» в своем полезном наделе, который он имел право отчуждать, сдавать в аренду, разделять и взимать с него ренту. Однако платить за землю нужно было постоянно и именно ему, независимо от того, кто ее обрабатывал.

Большую часть своего домена, а то и весь целиком сеньор сдавал в различные формы аренды. Пахотные земли предоставлялись за денежную и продуктовую плату. Эта сданная в аренду земля составляла податное владение сеньора, сохранявшего на него прямое сеньориальное право. Помимо арендной платы, существовали многочисленные разновидности податей.

Рента. В XVI веке существовало два вида ренты: наследственная и денежная. Наследственную платили наследнику за пользование наделом третьи лица. Она была скромной и фиксированной. Это не было ни продажей, ни сдачей в аренду, ни откупом, так как рента была формой постоянного отчуждения земли с постоянным размером оплаты.

Денежная рента представляла собой взнос, за который «уступалась» часть «ренты на недвижимость». Если недвижимость под рентой продавалась, плательщиком становился покупатель.

Рента была платежным обязательством, налагаемым на недвижимость, а не персональным долгом с выплатой процентов владельцу. На практике допускалась временная выплата невыкупленной ренты в рассрочку (до 30 лет).

Парижские жители в основном уступали свои земельные владения в предместьях за наследственную ренту.

В XVI веке во многих регионах страны начался процесс объединения наделов с целью улучшения системы ренты.

Установившаяся система земельной аренды имела глубокие последствия для экономики.

1. Новый сельскохозяйственный ландшафт с межами, засушенными яблонями или буками, с разрушенными деревнями.

2. Необходимость реализации шерсти и скота заставила землепашцев включиться в большую торговлю19.

3. Изменилось распределение доходов: сделав землепашца «капиталистом», сеньор стал получать большие арендные сборы. Арендатор же, напротив, оказался раздавлен грузом выплат.

4. С конца XVI века начинается формирование новой социальной прослойки между землевладельцами и обычными землепашцами и арендаторами. Появляются крупные землепашцы (часто буржуа, сами сдававшие в аренду земельный фонд), которые в качестве сборщиков податей и ренты оказывались в более выгодном положении, чем и первые, и вторые.

Надо отметить еще два фактора французской экономической истории XVI века:

— Феодально-сеньориальная система, усиленная в одних аспектах и ослабленная в других, еще держалась. Однако было очевидно, что Франции стали тесны рамки феодальной экономики.

— Стимулом экономического развития стали долги. Причем долги крестьянские, многократно увеличиваясь в неурожайные годы, облегчали господский выкуп, а долги аристократов, связанные с ростом цен, жизнью при дворе и пристрастием к роскоши, заставляли их продавать полностью или частично имения.

(Продолжение следует.)


1 Имеются в виду административные образования, облагаемые налогом.

2 Выдающийся юрист XVI века Дюмулен писал: «Наши обычаи — наше истинное право».

3 Примером этому служат многочисленные банкротства в 1557—1559 годах.

4 Их объемы увеличились ввиду роста населения.

5 Указы 1540 и 1558 годов.

6 Мосты и дороги перешли в ведение казначейства.

7 Указ 1532 года.

8 Указ 1559 года. Интересно, что Испания регулярно закупала зерно у своего противника.

9 От 1549 года, от 5 июня 1551 года, от 8 апреля 1554 года, от 27 июля 1555 года.

10 Вмененное в обязанность кюре в 1539 году.

11 В среднем на одну женщину приходилось 12 беременностей, иногда до 20.

12 Примерно 50% детей умирало на первом году жизни.

13 Достоинство пэра присваивалось королем и давало особые привилегии.

14 Аллод — земельный надел. Свободный от всяких феодальных или сеньориальных податей, мог принадлежать как дворянину, так и простолюдину.

15 Существовал испокон веков, но со временем обесценился.

16 В результате королевство было наводнено этими мелкими сеньориальными чиновниками, крестьяне знали их куда лучше чиновников королевских.

17 Около 6% от цены надела.

18 Так как арендная плата обычно составляла половину урожая и являлась фиксированной выплатой независимо от того, какой выдался год.

19 Например, ткачи из Пуату продавали ткани на Лионском рынке.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s