Будильник пробубнил здравицу.
– Жизнь удалась, – проворчала я мантру-ободрялку и с потягушками пошла умываться, чтобы потом насладиться завтраком, сияя от положенного мне по статусу счастья.
Обычно счастье висло на мне допоздна: с утра любимая кем-то работа со всевидящей камерой над столом; потом любимый кружок «Махровый оптимист» с неисправимыми нытиками, тоже, возможно, кем-то любимыми; вечером культурный отдых в местах культуры и отдыха. Только к полуночи, когда счастье слегка ослабляло хватку, удавалось подумать о чём-то грустном. Читать далее