Крохотный столик ломился от чизбургеров и прочих гамбургеров, которые Ян набрал, но не съесть не смог. Он откинулся на спинку стула, погладил вздувшийся живот. Впервые за шесть месяцев наелся вдоволь. За один присест съел то количество глутамата натрия, которого не хватало в течение ста восьмидесяти дней. Поглядел на пустые коробки и громко хмыкнул. Сознание пронзила мысль, насколько сильно организм стал зависеть от белого, кристаллического порошка. Понял, почему последний месяц снились чипсы, дошираки и прочие глутаматные вкусности, коих в Припяти днем с огнем не сыскать. Ян медленно перевел взгляд на детей рядом. Они уплетали пирожки в красивых продолговатых упаковках, смеялись, наперебой рассказывали друг другу о какой-то игре. В глубине души Ян их пожалел. Дети ели, радовались и даже не представляли, какой опасный наркотик купили. Читать далее →

Смотритель:

Сегодня норму выполнили. Это хорошо, Слизняк даст табак и спирт — сто грамм. Знают ублюдки, кого поставить над рабами: табак, спирт, и я ваш, готов прислуживать. Похабель к ночи придёт клянчить. Глоток водки, затяжку. Вон он, у бараков, за оградой — вынюхивает. Близко не подходит: знает — убьют. С первой партией прибыл, Слизняк его и выбрал. Гордись, Похабель, ты избранный. Читать далее →