Эдуард Шауров. Бабочка для Джошуа



Эсминцы появились за полтора мегаметра до входа в нору. Точь-в-точь как в недавнем случае с конвоем Даста. Это было очень и очень нехорошо…

— Второй на шесть делений влево и на четырнадцать вверх, — сказал за спиной младший помощник Коул.

Капитан крейсера «Камберленд» Джек Фрэйтон, ловко орудуя винтами, немного развернул хромированную трубу штатного Цейсовского дальнозора. Затем он приник к видоискателю странной коробки, наскоро прилаженной к втулке окуляра, и быстро, как объяснял Коул, закрутил торчащую справа ручку, словно снимал кино любительской камерой. Сначала его глаза не различали ничего, но постепенно в беспросветной, казалось бы, темноте начали высвечиваться зеленовато-серые контуры.

Да, второй эсминец был там, висел немного левее и выше первого. Фрэйтон уменьшил масштаб и опять завертел ручку, наблюдая, как медленно прорисовываются полукруглые купола артиллерийских башенок и патрубки боковых сопел. Корабли походили на привидения копчёных окороков, перетянутых светлыми нитями.

— Теперь наша вычислительная система их засекла, — плотоядно проговорил Коул. — Держим их на мушке… А ведь какие сволочи! — добавил он восхищённо. — Замаскировались. Зачернили внешнюю броню, смонтировали на корпус бифосфорные светильники, чтоб имитировать созвездия, загодя разогнались и теперь идут без тяги, знают, что мы тормозим перед переходом.

— Кто их заметил? — спросил Фрэйтон, разгибаясь.

— Марсовый наблюдатель Хойт Болтон.

— Прекрасно. Начислите ему премию за отличную службу — думаю, фунтов двести.

— Слушаюсь, сэр! — Коул вытянулся и поспешно добавил: — Не могу не отметить, что Болтон заметил гостей только благодаря вот этому прибору.

Капитан покосился на привинченную к дальнозору смесь толстостенного барабана с машинкой для перемалывания кофе и невольно поморщился. Он не любил нелепых вещей и вообще всякого рода самодеятельности, хотя, надо признать, устройство работало, и работало хорошо.

— Коробку смастерил третий помощник старшего механика, — Коул слегка вылупил глаза. — Странноватый парень… вечно что-то изобретает. Назвал прибор экспериментальным фототемновизором. Насколько я понял, эта штука может видеть тепло, отводимое через обшивку; какие-то противоречивые теории про движение магнитов и невидимые глазом лучи… Полагаю, сэр, помощника стармеха тоже стоит отметить.

— Да-да, — сказал капитан, нагибая голову. — Объявите субалтерну благодарность и проследите за тем, чтоб по возвращению на Землю ему также выдали премию.

«Если, конечно, получится вернуться, — подумал он мрачно. — Чёртовы пираты!»

Коул взял под козырёк.

— Поднимайте подвахты, — приказал Фрэйтон. — Пусть занимают места по расписанию. Старшим офицерам подняться на мостик, сигнальщикам прикажите передать кодом на «Страйкер» и «Хейвуд» координаты противника. Пусть пока идут тем же курсом, с тем же торможением, но будут наготове и ждут распоряжений.

Фрэйтон погладил полированный бок дальнозора, обогнул навигаторский столик и опустился в капитанское кресло.

— Мистер Карлайл, мне нужна связь с нижней палубой, а затем с постом старшего механика, — сказал он, обращаясь к юнге.

— Слушаюсь, сэр! — Джошуа, шустрый двенадцатилетний мальчишка, отпрыск графского рода Карлайлов, вытянулся в кресле перед корабельным коммутатором и принялся лихорадочно подбирать нужные входы для акустических воздуховодов.

Слушая, как Коул отдаёт по прямой линии распоряжения бортовым сигнальщикам, Фрэйтон помассировал пальцами веки. В его голове вдруг возникло машинное отделение «Камберленда», такое, каким капитан видел его множество раз: огромный зал, наполненный грохотом движущихся механизмов, световыми бликами, бегущими по отполированным колёсам маховиков, запахом горячего масла и угольной пыли. Полуголые кочегары в каркасных усилителях подхватывают с ленты транспортёра куски буст-антрацита, прессованного с порошком ультразина, и швыряют их лопатами в углеприёмники топок. Блестящие мускулистые спины, цилиндры наплечных парогенераторов, чумазые лица в консервах очков с розоватыми стёклами, горячее марево над автоматическими заслонками. Сердце корабля, ядро, толкающее по стальным артериям потоки горячей крови, драконье горло, изрыгающее в космос потоки бесцветного пламени… Поэзия движения, дьявол разбери…

— Старший пармастер у аппарата, сэр, — проговорил голос Битти.

— У нас два корабля слева по курсу, — не тратя время на приветствие, сообщил Фрэйтон. — Идут без опознавательных огней, без тяги, но со скоростью гораздо выше нашей. У нас сейчас четверть крейсерской?

— Да, капитан, — отозвался Битти, — даже чуть меньше.

— Передай точные цифры на мостик, машина просчитает точку схождения курсов. Поднимай подвахты паровиков, запускай второю линию транспортёра. Одень кочегаров в спецкостюмы на случай разгерметизации. Мне нужно, чтоб по моей команде мы начали резкое торможение — машите лопатами, как черти, но дайте замедление в три g. Данные по концентрации ультразина в брикетах сейчас передадут в миксерную.

— Сколько у нас времени?

— Думаю, часа два.

— Задачу понял, жду данных, поднимаю смены, — отчеканил Битти и добавил, меняя тон: — Всё будет тип-топ, Джек, корма не подведёт.

Капитан сдержанно улыбнулся и жестом показал Джошуа, чтоб тот переключил каналы. Услышав в наушнике густой бас стармеха, Фрэйтон повторил свой разговор с Битти и приказал Абнеру поднимать ремонтные службы, рассредоточить людей по палубам и быть готовым устранить любую поломку машин и паропроводов в самые кратчайшие сроки. Выслушав бодрое «слушаюсь, сэр», он отключил переговорную трубку и посмотрел на карманный хронометр. Снаружи торопливо застучали каблуки, поднимающиеся по железной лесенке.

Инструктаж помощников не занял много времени. Все четверо понимали и одобряли план капитана. Эсминцы двигались по длинной гиперболе в полной уверенности, что пока не обнаружены. Как только они выйдут на расстояние прицельной стрельбы, сразу же пустят торпеды и начнут палить из всех калибров в надежде серьёзно повредить застигнутые врасплох корабли эскорта, а потом уже займутся транспортами конвоя. Одиннадцать беззащитных балкеров, под завязку набитых бустеризованным углём с Новой Амазонии, — лёгкая добыча и желанный приз для двух хорошо вооружённых скоростных посудин.

Идея Фрэйтона была достаточно проста и эффектна: ничем себя не выдавая, продолжать движение, а потом, резко усилив тормозную тягу, быстро сократить расстояние и открыть огонь. Огневая мощь крейсера превосходит огневую мощь эсминца. Если один торпедный вельбот оставить с конвоем, а второй подключить к атаке, можно сорвать джек-пот. Главное — всё сделать быстро и чётко.

— Итак, — в заключение произнёс Фрэйтон, оглядывая помощников. — Все места по штатному расписанию. Мистер Салингтон на рулевом мостике, мистер Бэйтон командует канонирами, мистер Коул отвечает за ремонтно-пожарную команду, мистер Рид, вы, как обычно, на втором командном у вспомогательного вычислителя. Приступайте к своим обязанностям, господа… Храни нас бог!

— Сэр, — проговорил один из операторов-счётчиков, — предварительные результаты готовы.

* * *

Перфорированная лента медленно скользила между пальцами перчатки. Фрэйтон ещё раз просмотрел цифры курса и передал расчёты одному из поднавигаторов. Шипел пар в раскрытых блоках вычислителя, там сами собой проворачивались и щёлкали многочисленные колёсики. Тихо переговаривались операторы. Пять минут назад о своей готовности доложились все палубы, все орудийные расчёты, все посты и торпедные аппараты. На «Хейвуде» тоже ждали команды.

Фрэйтон спросил у дежурного дальнометриста расстояние до переднего эсминца, выслушал ответ и вновь раскрыл крышку карманного хронометра. Пожалуй, можно начинать… Он глубоко вдохнул.

— Общее внимание! — проговорил капитан, наклоняясь к раструбу звукоснимателя. — Приказ по конвою. Всем готовность номер один. Поднять щиты и заглушить переборки!

Поглядев, как поднимается бронезащита обзорных иллюминаторов, капитан потянул вниз толстый экран экзоскопа. Несколько секунд он ждал, пока вращающиеся ряды чёрно-белых бусин сложатся в негативное изображение двух эсминцев на фоне молочно-белого космоса, потом чуть повернул трубу внешнего объектива, центруя картинку. Два техника вспомогательной службы тем временем последовали его примеру, тоже подтянув к себе экраны с размерными сетками. Тот, что сидел слева от Фрэйтона, достал из кармана слегка помятое фото и, потянувшись, закрепил его в боковом зажиме экрана. На снимке была запечатлена молодая женщина на фоне двухэтажного бунгало, утопающего в зелени деревьев. Техника звали Пайп, а его напарника, кажется, Эванс.

Фрэйтон мельком подумал, что, судя по форме деревьев, фото сделано на Новой Амазонии. Многие из тех, кто совершает регулярные рейсы на Антилопу-2, Амазонию или к Шахтам Креста, заводят подружек среди персонала угольных компаний, но есть одна странность — снимок сделан лет десять назад, а то и больше. Амазония давно побрита налысо, перекопана вдоль и поперёк и перекапывается всё глубже. Что делать, Земле, где завод сидит на заводе, позарез нужно топливо, и такие, как Пайп или Эванс, будут исправно возить уголёк, если их, конечно, не убьют в ближайшее время неопознанные эсминцы… Фрэйтон выпрямил спину и попросил связь с рулевым мостиком.

— Мистер Салингтон, — сказал он в переговорник. — Прикажите сигнальщику передать открытым кодом, что крейсер «Камберленд» просит неизвестные эсминцы немедленно сменить опасный курс и зажечь опознавательные сигналы.

— Да, сэр.

Рассеянно слушая щёлканье и свист вычислителя, Фрэйтон ещё чуточку повернул трубу объектива. Ответ, пожалуй, был предсказуем.

— Они врубили тягу и ускоряются, — доложил один из техников. — На сигналы не отвечают. Включаю корректировку.

— Отлично, — проговорил Фрэйтон, наблюдая, как бусинки его экрана чуть смещают, корректируют изображение обозначивших себя эсминцев. — Джошуа! Общий сигнал боевой тревоги! Приказываю закрыть гермомаски и подключить кабели звукопроводов. Приготовиться к высокой тяге! Всем, кто не одет в каркасные усилители, пристегнуться к креслам. На рулевом мостике приготовиться к маневру «маятник». Орудия и торпедные аппараты изготовить к стрельбе. С богом, господа!

Защёлкнув стекло гермомаски, он сунул в височный разъём трубку звукопровода, ещё раз проверил замки фиксирующих ремней. Затем капитан сжал пальцы на ручке судового телекома и, вдохнув всей грудью, одним рывком перевёл её в положение «самый полный назад».

* * *

На шестой минуте боя Фрэйтон принял решение убрать тягу. Рукоять телекома, натужно дринькнув, залипла в нейтральном положении. На две секунды наступила невесомость, потом боковые дюзы, взорвавшись потоками пламени, положили «Камберленд» на левый борт, позволяя батареям правого изрыгнуть новую партию бронебойных снарядов и полтора десятка торпед.

— У нас пробоина, на верхней палубе! Есть убитые! — вопило у капитана в левом ухе.

— Вижу четыре торпеды, — сообщало в правом. — Открываю заградительный огонь…

— Поворот! — заорал Фрэйтон. — Право руля!

— Аппараты, товьсь! — вторил ему по прямой линии третий помощник.

На экране экзоскопа один из эсминцев вдруг распустился тёмным облаком взрыва… будто капля чернил в молоке. На мостике торжествующе закричали. И почти сразу же на одном из боковых экранов борт «Хейвуда» полыхнул чёрными лепестками, и вельбот начал переворачиваться, нелепо задирая корму.

— Снаряды на встречном курсе! — крикнул один из наводчиков скорострельной носовой пушки.

Капитан увидел, как его экран покрывается мелкими чёрными брызгами сбиваемых боеприпасов, и в следующий миг в них попало. Бронеплита и многослойная обшивка погасили большую часть энергии взрыва, но сердечник снаряда, разлетаясь на множество кусков, прошил внутреннее пространство отсека. На секунду контуженный Фрэйтон потерял ориентацию, а когда обрёл способность соображать, первым делом увидел перекошенный экзоскоп и облако пара над разорванными микротрубками, затем техника, того, что вставлял фото в держатель: пристёгнутое к изуродованному креслу тело без левого плеча слегка вздрагивало, выбрасывая в воздух глицериновые фонтанчики крови. Через секунду тяжесть вернулась. Раскрыв застёжки фиксаторов, Фрэйтон поднялся. Пробоина под решёткой воздушного очистителя пузырилась пеноизолом, который нагнетала ремонтная автоматика. Утечка кислорода, судя по манометру, была небольшой, зато на мостике царил полный разгром. Из крайнего блока вычислителя с развороченным кожухом били струи пара, кто-то корчился там в луже крови, ему оказывали помощь. Бортовой коммутатор не пострадал, но возле него, запутавшись в обрывках ремней, ничком лежал Джошуа Карлайл. Фрэйтон оглянулся на своё кресло: край подголовника был аккуратно срезан. Дюймом правее и… Откуда-то сбоку появился второй техник из вспомогательных. Его губы бесшумно шевелились за открытым стеклом гермомаски. Капитан тоже отстегнул щиток. В ушах мелодично звенело, и он не сразу понял, о чём говорит Эванс.

— Они ретируются, сэр! Разворачивают корабль! — радостно вопил техник. — Похоже, мы его подбили, сэр.

На экзоскопе, выпуская мелкие кляксы из кормы, неуверенно разворачивался уцелевший эсминец. «Дурак, — подумал Фрэйтон. — Всё равно не успеет набрать ход».

— Связь, — проговорил он яростно. — Мне нужна связь со вторым мостиком!

— Мистер Рид только что дал сообщение, — прокричал Эванс. — Они уже взяли на себя часть наших вычислений и пустили торпеды. Глядите! — Он ткнул пальцем в экран.

Изображение эсминца мигнуло и вспухло чёрным пятном.

— Спаси господь их души, — выдохнул Фрэйтон, чувствуя, как плывут перед глазами стены отсека. — Мистер Эванс, посмотрите, что с Карлайлом.

Неловко покачиваясь на магнитных подошвах, Эванс ринулся к коммутатору, присел над лежащим юнгой.

— Живой, — сообщил он, снимая с мальчишки гермомаску. — Только нога, кажется, сломана и шишка на лбу.

«Это хорошо, — подумал Фрэйтон. — Это очень хорошо».

Ему хотелось лечь на пол и закрыть глаза, но ложиться было нельзя, у него была ещё куча дел: выяснить размеры ущерба, составить план ремонта, организовать спасательные работы на «Хейвуде» и в космосе… Чёртова уйма чёртовой работы.

* * *

Когда шторка сдвинулась в сторону, Джошуа быстро поймал ладонью серебристо-ажурную бабочку и прижал её к одеялу. Сначала он почему-то увидел золотой шнур аксельбанта на белом кителе и только потом — лицо капитана. За спиной командира «Камберленда» появился дежурный медик, сказал что-то тихим голосом и задёрнул за посетителем полосатую занавеску. Джоши, радостно улыбнувшись, попытался принять на узком медицинском ложементе более вертикальное положение, но ему мешала зажатая в дырчатый лубок нога. Узкие губы Фрэйтона тоже раздвинулись в улыбке. Он предостерегающе поднял руку, показывая, что его вполне устраивает та поза, в которой находится юнга.

— Я проходил по лазарету, — сказал он, кашлянув, — и не мог не заглянуть сюда. В последнем бою вы проявили себя наилучшим образом, мистер Карлайл.

Джошуа во все глаза смотрел на командира.

— Вы были храбры и отменно справились с обязанностями, — добавил Фрэйтон, опуская ладонь на рукоять кортика. — По прибытии домой я лично напишу вашему отцу, что его сына ждёт блестящая карьера.

— Спасибо, сэр, — смущаясь, проговорил Джошуа.

Фрэйтон церемонно поклонился.

— Как нога? — спросил он после короткой паузы.

— Доктор говорит, что неплохо.

— Вот и отлично. — Фрэйтон ободряюще похлопал Джоши по колену. — Скорейшего выздоровления и возвращения в строй. Вы нам нужны, мистер Карлайл.

— Я буду стараться, сэр!

Фрэйтон приложил пальцы к козырьку. Он взялся рукой за край серо-зелёной шторки, но в последний момент, передумав, остановился.

— А что это было? Серебряного цвета? — спросил капитан, пытаясь скрыть любопытство. — Оно летало над одеялом.

— О! Это? — Глаза Джошуа радостно заблестели. — Это подарок, сэр. Игрушка.

Он продемонстрировал скомканную фольгу, затем выпростал откуда-то чёрную трубку в полтора фута длиной, несколько раз сильно провёл по ней краем шерстяного одеяла и ткнул концом этого стержня в серебристый комок. Брови Фрэйтона удивлённо приподнялись: измятая фольга, будто надуваемый газом шар метеозонда (однажды он видел такой в Норфолке), вдруг расправилась, обретая форму узорчатой бабочки, и запорхала, поплыла над волшебным стержнем.

— Мне её смастерил мистер Ленц, — гордо сообщил Джошуа.

Ловко орудуя палочкой, он то заставлял бабочку взлетать высоко в воздух, то позволял ей скользить вниз, почти касаясь чёрного кадуцея, и снова отправлял вверх, подхваченную потоком несуществующего ветра.

— Мистер Ленц говорит, что в стержне и фольге скрыта невидимая толкающая сила, такая же, как пар в цилиндре машины. — Джошуа протянул руку и поймал порхающую игрушку.

— Ленц? Ленц… — Капитан нахмурился, пытаясь поймать мысль. — Из службы механиков?

— Да. Третий помощник мистера Абнера, — подтвердил Джошуа.

— Похоже, он большой выдумщик, — проговорил Фрэйтон задумчиво. — Всего доброго, мистер Карлайл. Лечите ногу и поправляйтесь.

Задёрнув шторку, капитан «Камберленда» вышел из палаты, уставленной койками для раненых, и двинулся к лифту. «Забавно, — думал он, шагая по узкому коридору. — Слишком часто я за последние сутки слышу о третьем помощнике командира технической службы. Наказывать парня за баловство с игрушками, конечно, не стоит, поощрение и наказание в один и тот же день — это моветон, но поговорить с Абнером всё-таки придётся, кажется, у его подчинённых слишком много времени на разные глупости».

Вернуться к содержанию номера

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s