Галина Скири, «Джон нашёл клад» 3,2,3 — 2.7

Будем знакомы – меня зовут Джон, мне двадцать лет. Я человек реалистичный, не верю ни в какую чепуху, в разных там духов или в параллельные миры. Всё это мура, придумано, чтобы людям мозги пудрить. Но недавно я попал в такую переделку, что до сих пор диву даюсь – было это на самом деле или нет? Судите сами, какая со мной произошла история.

У меня была назначена встреча в кафе с приятелем. Иду, значит я, посвистываю. Я страсть как люблю свистеть, но только на улице, потому что   мама мне говорит: Джон, не свисти дома, все деньги просвистишь. Ну вот, значит, иду я, по сторонам поглядываю. Вдруг навстречу мне едет на мотоцикле мальчишка лет десяти, а на коленях у него сидит пес. Псина лапы протянул и держит их на руле, возле рук хозяина, да еще и по сторонам поглядывает. Оба счастливые и довольные. Я на них засмотрелся и споткнулся о какой-то провод, полетел носом вниз и припечатался головой об асфальт. Поднимаюсь – в башке туман, на лбу шишка. Трясу головой, оглядываюсь по сторонам. Никак не могу сорентироваться где я нахожусь? Читать далее

Роман Строев, «Роза для мёртвой королевы» 7,7,1 — 5

Я безумен королевы ради, а вы мудры в королевском свете; я немощен, а вы крепки; вы в славе, а я в бесчестии. Даже доныне терплю голод и жажду, и наготу и побои, и скитаюсь, и тружусь, работая своими руками. Злословят меня, я благословляю; гонят меня, я терплю; живут во веки, я умираю…

Королевский завет. Первое послание неверующим в её улыбку. 4:10 Читать далее

Светлана Волкова, «Тощий Якоб» 4,10,3 — 5.7

«Человек — мал, а дом его -мир»

Марк Теренций

 

Я лежу на холодном полу, раскинув руки в стороны, как морская звезда. Толстые влажные каменные квадраты под мной плотно держат мой тонкий позвоночник, словно скрипичную деку. Отражаются болью. Мои пальцы касаются стен, по которым сбегают капли, причудливо  ломая свою совершенную траекторию о шероховатость плит, припудренных малахитово-серым мшистым велюром. Мои ступни упираются в ледяную решётку единственного окна-амбразуры, льющего скупой дневной свет сквозь пелену привычного тумана. Белый день цвета сывортки.

 

Это единственное положение, в котором я не вижу моря. Иногда его видеть невыносимо.

 

Читать далее