чтение рассказов для сборника редколлегией. А вернее, своеобразная модерация — отбираются тексты, которые уж точно не попадут в общее обсуждение и будут вынесены с поля боя без щита и ветрил.
В связи с чем подумалось — ведь таких рассказов немало набирается, может быть сразу уведомлять авторов, что их опусы завернули? Как думаете?
Обязательно нужно информировать
Да, это было бы гуманно, если не очень сложно.
Желательно. С комментарием: увы, Ваш текст отклонен по причине… 1. Количество ошибок превышает число печатных знаков. 2. Содержание (идею, мысль, сюжет, имена ГГ ) не понял ( не смог прочесть, заснул при ознакомлении ) многоуважаемый редактор. С уважением и наилучшими пожеланиями в ликвидации безграмотности ( тщеславия, замашек на гениальность ), поседевший ( пациент психиатрической клиники ) такой-то..
Попробуем с небольшими ремарками. Хотя порой затрудняешься сказать, что именно хуже 🙂
…и авторы начали бы дышать более размеренно, да.
Каким образом планируете информировать несчастных? По почте индивидуально? Или прямо тут?
Думаю, составить список. Это не «стена плача» или что-то в таком духе, тем более, что сами рассказы большинству неизвестны, но иной раз связываться с автором дольше, чем сообщить публично.
Хорошая идея, будем очень благодарны.
это — правильно. это — профессионально. зачем скрывать ход вашей работы? не годится — сразу объявлять, без комментариев; годится — тоже; есть сомнения — так и сказать, что думаем. мол. Самое гиблое, как в сборнике Чекмаева и Гусакова, который они обещали издать к 1 августа, то есть 100-летию начала войны, — а до сих пор даже не опубликовали список отбракованных текстов и список тех, что пройдет наверняка. Впечатление, что составители с кем-то советуются наверху. Забраковали — смело, сразу сказать — автор, пиши лучше! а не тянуть из него жилы по полгода.