«Палестина 36», «Никита́ Рой», «Что случилось осенью», «Моя мачеха — ведьма», «Мой папа — пришелец»

Вернуться к содержанию номера: «Горизонт», № 3(77), 2026.

Если в Хайфе нет воды…

История палестино-израильского конфликта, если ничего путного не предпринять, скоро отметит столетний юбилей, иными словами, само противостояние народов старше еврейского государства. Но что же послужило его основой? Об этом расскажет фильм «Палестина 36» постановщицы Аннамари Ясир.

Но сначала немного истории. В 1917 году лорд Бальфур, глава британского МИДа, постановил, что его страна будет благосклонна к желанию евреев вернуться на Ближний Восток для основания своего государства — за это им только надо посражаться на фронтах Первой мировой; что и было сделано. В 1922 году Лига Наций передала земли Палестины (включавшие Иорданию) от проигравшей Османской империи англичанам, в том числе и для создания еврейского государства. Началось массовое переселение, сопровождавшееся постоянными конфликтами между прибывшими и аборигенами. Но острой фазы они достигли в тридцатых, когда из Европы хлынул поток беженцев, спасавшихся от фашизма. Об этом фильм.

В 1936 году молодой крестьянский сын Юсуф отправляется в Иерусалим в поисках лучшей жизни и достойного заработка. Там он знакомится с интересными людьми, получает от них поддержку и с головой окунается в «текущие события», заражаясь стремлением горожан добиться от англичан равных прав и свобод. Вот только на малой родине дела идут скверно, на хлопковых полях выстраивается кибуц «сионистов» (так туземцы называют переселенцев), а все попытки добиться справедливости или хотя бы компенсации оборачиваются столкновениями и трагедией.

Режиссер представляет нам совсем иную страну, нежели та, к которой мы привыкли за последние десятки лет. В той Палестине люди одеваются по европейской моде, но на оттоманский манер — с обязательной феской, собираются в клубах и кафе, знакомятся на дансингах и в салонах. Ясир напоминает и о национальных одеждах женщин, чем-то похожих на таджикские, — пестрые сорочки и штаны, а не те халяльные хламиды, на которые мы насмотрелись. Там люди голосуют за разные партии, изредка ходят кто в мечеть, а кто в церковь и спорят о будущности, читая пламенные статьи журналистов. С одной из таких, Хулуд, пишущей под мужским псевдонимом (прямо как Жорж Санд!), знакомится молодой крестьянин.

В дальнейшем история будет рассказываться от лица этих двух героев. Юсуф возвращается в деревню хоронить погибшего в стычке отца, а Хулуд пытается доискаться, откуда у еврейских переселенцев оружие и почему отцы города сквозь пальцы смотрят на притеснения англичан. Ясир сознательно переворачивает знакомую нам картинку с ног на голову: в этом мире именно кибуцы огорожены высоким забором с колючкой (принцип хома у-мигдал — «стена и башня», позволяющий поселению защититься от нападений извне). Именно оттуда слышны бесконечные молитвы и призывы к всевышнему, на что европеизированные турками палестинцы смотрят с искренним недоумением (строго говоря, светских кибуцев и сейчас за 80%, а тогда было под 90%, светско-религиозных за всю историю насчитывалось не больше, чем пальцев на обеих руках у двух человек, а чисто религиозных — чем ушей на одной голове… ну ладно: такова позиция режиссера). А потом и с раздражением, ибо именно этим людям колонизаторы представляют куда большие возможностей, нежели аборигенам, за счет которых экономят, срезая выплаты и отказывая в компенсациях. В итоге весной страну охватывает забастовка. Останавливаются предприятия, порты и вокзалы. И вот тут, по версии режиссера, становится ясен план англичан посеять вражду между соседями — «штрейкбрехерами» становятся именно евреи. В отношении аборигенов начинаются жесточайшие репрессии, ответом на которые становится всеобщее восстание.

Шикарный эпизод фильма — палестинские партизаны обходят поезда с шапкой, прося у пассажиров деньги на революцию, которые им насыпают, кто с охотой, кто со страхом; в самом деле, кто же откажет вооруженным людям? Но это позволяет продержаться какое-то время, пока не приходит долгожданная помощь соседей. Хайфа, Наблус, Хеврон, Рамалла, даже Иерусалим переходят на сторону восставших. Англия перебрасывает своих лучших людей справиться с революцией.

Этот фильм создавался целым рядом государств, в том числе и самой британской монархией. От нее в фильм был откомандирован сам Джереми Айронс, сыгравший генерал-губернатора подмандатной колонии, человека расчетливого и беспринципного, способного залить кровью города и веси, но удержать гордо поднятый над головой львиный герб. Но даже его решимости оказывается мало, в ход идет корпус генерала-мясника Тегарта, которого сыграл еще один звездный актер, Лиам Каннингем. А еще деньги для высоких палестинских кругов, охотно перешедших под власть гиней.

На примере одной семьи Ясир показала жестокую беспощадность войны. Место отца в противостоянии занимает старший сын, потом младший, после которого остается старшая дочь, и ей не остается ничего, кроме мести за месть, крови за кровь.

В последние годы кинематограф многих прежних британских колоний снял фильмы о борьбе за независимость, я рассказывал уже о подобных картинах из Индии и Египта, но эта даже на их фоне самая отчаянная и безнадежная. Мы знаем прекрасно: эта война не закончилась ни в 1936 году, ни после провозглашения независимости Израиля, не завершилась и сейчас. Неудивительно, что последние кадры ленты навевают отчаянную грусть по разрушенной стране и искалеченным судьбам, но с другой стороны, каким-то непостижимым чувством дарят безотчетную надежду на лучшее будущее. Может, оно все-таки настанет рано или поздно?

Рационалистка против чудотворца

Болливуд начал еще одну нуарную франшизу про сильную женщину, на этот раз борющуюся с предрассудками и суевериями. Камешек в огород Голливуда, точнее студии «Холлмарк» — сколько у них вышло однотипных историй о богатых белых людях, которые в перерывах между послеполуденным трепом и фитнесом что-то расследуют и кого-то разоблачают, и не сосчитать. Картина «Никита́ Рой» начинается весьма схоже — преуспевающая журналистка и писательница, чье имя вынесено в заголовок, недавно расставшаяся с известным блогером, решает разоблачить одного влиятельного телепроповедника. А дальше начинаются различия, в том числе ради которых стоит посмотреть эту картину.

Индийская община в Лондоне основала «Международное общество рационалистов», занимающееся установлением истины и разоблачением спекуляций и фальшивок, коими ныне полнится жизнь простого человека. И не только из-за искусственного интеллекта: обычного человеческого вполне хватает, чтобы затуманить мозги. Таковым стал новый чудотворец Амардев, заезжий фокусник, вряд ли добившийся бы успеха без серьезной финансовой подпитки и влияния на местные власти. На своих публичных сеансах он исцеляет немощных и расслабленных, к вящей радости почтеннейшей публики. А еще проклинает неверующих, да так, что через три дня они умирают от ниспосланных на них демонов. Когда бросается с моста брат Никиты, дело приобретает личный характер.

Режиссер картины Куш Синха мало кому известен даже у себя в стране, это первая его полнометражная работа. Однако он сумел создать нечто действительно любопытное, о чем сейчас и поговорим.

Никита отправляется в полицию, чтоб выяснить обстоятельства смерти брата. Увы, но там убеждены в его самоубийстве — все улики указывают на помрачение рассудка, после которого молодой человек бросился с моста. А перед этим оставил странное послание Никите, где признавал сверхъестественное могущество чудотворца. Но разве может такое быть на самом деле?

Фильм умело балансирует между триллером и мистикой, особенно когда Никита приходит к Амардеву за объяснениями, но вместо них получает сходное с братским проклятие. И теперь демон появляется уже на ее пути.

Синха играет на грани, и весьма умело — до самого конца неясно, что собой представляет магический противник Никиты: плод ее воспаленного разума, мистификацию или что-то иное. Но сюжет не зацикливается на противостоянии, это лишь часть общего полотна, цель которого показать нынешнее общество, чрезмерно падкое на трехгрошовые сенсации, восторженно внимающее чудесам престидижитаторов и совершенно сознательно отключившее критическое мышление. Никите приходится противостоять не только многочисленным помощникам Амардева, но и обычным людям, которых вполне устраивает существование разбогатевшего за их счет проповедника. Неудивительно, что битва ей предстоит на редкость непростая.

Сонакши Синху, сыгравшую главную героиню, мы хорошо знаем по другой франшизе — «Бесстрашный», но только здесь она предстает совсем в иной роли. Ее героине приходится выводить на чистую воду чудотворца, противостоять нападкам его присных, наветам поклонников и сомнительным методам лондонской полиции, а заодно устраивать личную жизнь, если таковая к исходу третьих суток проклятия еще сохранится. Ритм фильма запредельный, в нем отсутствуют проходные сцены, все подчинено неумолимо тикающим часам, отнимающим время у героини. Решимость, собранность и логика — вот все, что Никита может противопоставить противникам, но хватит ли ей здравого смысла и внимательности или темный мистицизм одержит верх? Об этом вы узнаете, досмотрев картину до конца, и финал, уверяю, вас не разочарует — в лучших традициях современного нуара, все кунштюки сюжета найдут свое объяснение, а пугающие тайны откроются для понимания. Вот уж действительно, хорошо иметь такую светлую голову, как у Никиты Рой!

Грехи матерей

Каждый новый фильм Франсуа Озона — это всегда остро, волнующе и непредсказуемо. Вот и теперь мэтр французского кино пошел чуть дальше по своему излюбленному нуарному пути, об одном из этапов которого я рассказывал прежде в рецензии на фильм «Мое преступление», представив новую работу «Что случилось осенью». Теперь он заставил зрителя поразмыслить над тем, насколько наши поступки продиктованы заботой, а не подспудной нелюбовью (и это еще мягко сказано) к ближнему.

Картина вышла безусловно авторская, ибо срежиссировал, написал сценарий и спродюсировал ее Озон сам. Что не помешало отобрать на главные роли ведущих актрис: Элен Венсан и Жозиан Баласко. Сняться в картинах мэтра согласились бы многие, но постановщик остановил свой выбор именно на них — и, как всегда, не прогадал. Так о чем же мы будем смотреть фильм? Да о грибах!

Многие из нас занимались хоть раз в жизни «тихой охотой», ваш покорный слуга — и сам большой любитель лисичек, подосиновиков и белых, а потому означенная тема для него особенная. Со всяким бывало, что тот или иной гриб вызывал законные подозрения, но одно дело — сомневаться и выбросить, а другое — решиться и оставить в корзине…

Итак, история. Почтенная бабуся Мишель Жиро, ее играет Венсан, та еще охотница. Осенью она подолгу пропадает в окрестных лесах, где, пусть это и недалеко от Парижа, белых и подосиновиков видимо-невидимо. Вернувшись в свой домик в деревне, готовит пироги, жаркое, соления и еще много чего, а когда ее дочь сдает внука на каникулы, ее саму ждут угощения подобного рода. Однако бабуся съесть порцию белых постеснялась, внук, вообще не любитель, естественно, отказался, а дочь… попала в больницу.

После промывания желудка очухавшаяся Валери заявляет матери, что та пыталась ее отравить. Но почему она так решила?

Эта история основана на событиях реальной жизни, случившихся с самим Озоном. Его тетка как-то раз так угостила родичей, что половина из них в тот же день оказалась в клинике. А виновница, в точности как Мишель, есть блюда отказалась. Неудивительно, что ее заподозрили в попытке отравления, еще более понятно, откуда растут корни и этого фильма, — в конце концов, все мы родом из детства.

У каждого человека есть свои скелеты в шкафу, извлекать которые ему далеко не всегда желательно. У Мишель таковым стало занятие проституцией в младые годы — именно так и родилась Валери, и именно поэтому дочь питает искреннюю антипатию к матери, стараясь передать это и сыну. Но Патрик привязан к бабушке, а та к внуку, что еще больше злит дочь. Отношения в этой семье всегда оставались напряженными.

Как и в соседней. У Мари-Клод Перрен, подруги Мишель и напарницы по продаже тела (ее играет сильно постаревшая, но не утратившая молодого задора Жозиан Баласко), сын только что условно-досрочно вернулся из мест заключения. Мать старается всеми правдами и неправдами пристроить его хоть куда — но в их глуши мало кому интересен бывший зек. На помощь приходит верная подруга, давая Венсану поработать у себя в огороде, что здорово сближает молодого человека и Патрика. От этого отношения между Мишель и дочерью накаляются до невозможности.

Озон балансирует на грани, давая множество подсказок для любой из версий случившегося в тот злополучный грибной обед, но ни разу не останавливается на какой-то конкретной. Он, как тень, неуловим и многолик. Да, мать и дочь много спорят, часто скандалят, а еще Мишель не всегда умеет отличить один гриб от другого. Но история обрастает нелицеприятным продолжением — Венсан тайком отправляется в Париж, чтобы встретиться с дочерью Мишель и стать примирителем. Когда-то они ладили. Увы, благое намерение оборачивается трагедией — дочь выпадает из окна. И снова вопрос: это намерение или случай?

И опять нет однозначного ответа. Венсан говорит одно, полиция предполагает всякое, а вот Мишель, узнав о случившемся… она только раззадорит зрительские подозрения. Вопрос о том, что именно случилось осенью, останется той еще занозой для всякого, посмотревшего картину. Тем более, финал ленты дает совершенно замечательную отсылку на смерть… Филиппа Красивого, того самого монарха, что положил начало веренице проклятых королей, хорошо нам известных по одноименной книжной эпопее Мориса Дрюона. Грехи наши на детях наших, этот католический постулат, аукаются не раз и не два — тем более что церковь в деревне есть, она действует, и героини туда заходят, как бы доказывая действенность стародавней догмы. И это сущая правда, кажется, единственная, с которой не поспоришь. Проступки матерей поневоле перешли на их детей, и это сыграло ключевую роль в разыгравшейся трагедии. А уж выводы предстоит сделать непосредственно зрителю, который волен решать, на чью сторону становиться, кого винить и чьей правды держаться. При этом Озон намекает на одну простую истину — окончательной правды, абсолютной и непогрешимой, для данного случая попросту не существует. Где есть намерение, будет и результат, где нет чувства, не будет и отношений. В каждом действии порой намешано как доброе, так и злое, и порой невозможно разобрать, чего больше и что именно послужило первопричиной.

Другое дело, как после всего случившегося жить. Хотя бы этот вопрос Озон не оставляет без ответа.

Волшебницы: мачеха и дочь

Канадское кинопроизводство практически неотделимо от американского, как хоккей или нефть. Однако случаются заметные исключения, об одном из которых я расскажу. Речь о фильме «Моя мачеха — ведьма» — настолько редком, что до российского проката он не факт, что доберется. Тем более, произвел его на свет Квебек, франкофонная часть державы, то есть картина на французском — как и всё в ней, почти без всякого намека на английский язык, господствующий где-то в отдалении.

В небольшом городке живет рассыпающаяся семья: муж, старшая дочь 13 лет, сын вдвое ее моложе и мать, уехавшая «проветриться» в Европу. Именно оттуда она подает документы на развод. Но Марго, ее любимица, верит, что все это временно, просто маме нужен отдых, а когда она придет в себя, обязательно вернется, и жизнь будет как раньше.

Кто из подростков в трудных семьях не думал так же? Они до последнего надеются на лучшее, даже когда оно неосуществимо, все равно продолжают лелеять несбыточные мечты. Марго — одна из таких. Неудивительно, что ее ждал шок, когда через месяц после развода в их доме появилась названая гостья — бывшая отцова однокашница Жанна, сразу занявшая священное место подле главы семейства. И как она ловко подкатила — папаша от нее без ума, младший в восхищении, а соседи вовсю судачат о новой паре. Даже приятель Марго и тот поддался чарам. Так может, она взаправду ведьма?

Режиссер картины Жоэль Дежарден Пакетт больше известен как редактор картин, однако и в кресло постановщика садился не раз, заработав две награды местных фестивалей. Семейная тема — его любимая, поэтому здесь он сразу пошел с козырей, представив непростой мир подростка, и так находящегося в переходном возрасте, а тут еще такое. Но постановщик не играет со смыслами, а сразу дает понять главное — перед нами действительно ведьма. А значит, справиться с ней можно только ведовскими способами. Но кто знает их лучше, чем мисс Дэллоуэй, экстрасенс и хозяин прачечной? За помощью Марго обращается именно к нему.

Облекая непростые вопросы в комедийно-драматическую форму, Пакетт добивается замечательного эффекта — фильм становится в равной степени важен и понятен как подросткам, на чью аудиторию рассчитан в первую голову, так и взрослым, чье мучительное постижение мира и себя в нем закончилось десятки лет назад. Вроде с шуточками, вроде несерьезно постановщик ставит перед героями непростые задачи, которые как-то надо выполнять. Магию надо бить магией, а раз уж мисс Дэллоуэй закономерно разбирается в ней не больше, чем в основной своей работе, волхвование придется взять на себя Марго. Благо латынь, язык ведьм, она знает.

Кино вышло почти без спецэффектов, да и зачем они здесь? — главное в нем другое. А показать, насколько важны взрослые в мире ребенка, можно и без всякой анимации, чем режиссер и занят. Вот эта Жанна, она действительно околдовала всех вокруг при помощи заговоров и зелий или это ее природное обаяние и доброе сердце растопило лед врожденного недоверия? Марго предстоит ответить и на этот вопрос. Но прежде надо понять, как лишить ведьму ее чар.

Магия в картине — это не что-то забавное, как у Гарри Поттера. Это непростые попытки разобраться в самом себе, а еще в окружающих, ибо без подобного знания она не просто бесполезна, но и опасна. Выполняя тот или иной ритуал, приходится продумывать все последствия, которые могут стать непредсказуемыми. Это основное послание картины, а вовсе не умение обучиться волшбе по щелчку пальцев, которое с Марго и происходит. Вот только силы, дарованные ей чудодейственной силой книги заклинаний, оказываются слишком могущественными для подростка. Теперь ей поневоле приходится соизмерять шаги с длиной ноги и постигать это непростое жизненное правило на собственных весьма болезненных пробах и ошибках. А уж что из всего этого выйдет — вы узнаете в конце этого непростого, но верного, немного ироничного и трогательного фильма, с которым я и предлагаю вам незамедлительно ознакомиться.

Заплачешь — и миссия провалится

Китайский кинематограф много снимает для детей — и все больше не щадит их нежную психику, повествуя о вещах беспощадных. Я уже рассказывал о фильме «Зажигая звезды», повествующем о смерти бабушки и бегстве матери шестилетней главной героини, но этого показалось мало. Вот вам картина «Мой папа — пришелец», в ней речь пойдет об умирании отца у крохи лишь чуть старше возрастом.

Всегда трудно подобрать нужную тональность в разговоре о близкой смерти родного человека. Это правило относится не только к реальной жизни, но и к кинематографической, пожалуй, даже в большей степени к ней. Рассказывать об этом в ироничном ключе — это уже высший пилотаж. Именно подобный тон берет постановщик фильма Жень Чжаосюань. Это имя нам малоизвестно, больше того, даже в Поднебесной его редко кто знает. Тем интересней глянуть, что же у него получилось.

У электрика Дзиня есть дочь Дзинь Дзинь. Этот веселый звоночек и в самом деле похожа на свое имя — беспечная, шалопутная, неугомонная семилетка, только отправившаяся в школу. Матери у нее нет, та давно скрылась в неизвестности, жизнерадостную кнопку воспитывает отец и его друзья-приятели, а еще близкая знакомая, к которой Дзинь давно подкатывает, но все никак не решается открыться. Он вообще несуразный по жизни, неудивительно, что и со своим отцом разругался настолько, что тот вернулся в свою Внутреннюю Монголию, да и денег вечно нет. Зато электрик он от бога, все, что надо, починит влет. А чинить надо много: элитный дом, возведенный рядом с их улицей, вечно отбирает свет с подстанции, оставляя халупы бедняков во тьме (даже странно смотреть фильм про такой капитализм в оплоте коммунистической партии). Но и Дзинь не лыком шит, во время очередного блэкаута он поднимается на крышу небоскреба и направляет прожектор на свою улицу. А потом, поскользнувшись, летит вниз без всякой лестницы.

Роль недотепы Дзиня исполнил Цзя Бин, напарник Джеки Чана по многим его недавним фильмам. Здесь он особенно хорош: несуразный отец, единственным светом в окошке для которого является дочь, вдруг узнает о своем неизлечимом заболевании — злокачественной опухоли, которая, если не лечить, сожрет его за полгода. Но откуда взять деньги, если он только что вложился в образование Дзинь Дзинь? Неужели он может пожертвовать ее будущим? — да никогда!

Счастливое спасение от неизбежной смерти при падении с сорока этажей помогает найти выход. Дзинь Дзинь начинает верить, что ее отец не такой, как все, раз умудрился уцелеть при падении, — должно быть, он пришелец. Ведь все указывает: его нелюдимость, волшебное владение электричеством, даже одноклассник, зачитавшийся комиксами про инопланетян. И Дзинь хватается за призрачный шанс — он действительно человек лишь внешне, у него важная миссия: спасти Землю от несущегося на нее астероида, — но потом ему придется вернуться, чтоб сражаться с недружелюбным космосом дальше, в других галактиках. Так обустраивается миф, в создание которого включаются все приятели, соседи, даже любимая. У Дзиня есть от силы полгода, чтобы подготовить дочь к неизбежному, и он спешит насладиться последними с ней днями.

Актерский состав фильма бедноват, в режиссера решили не вкладываться, но ему и не надо. Из известных актеров лишь отец одноклассника Дзинь Дзинь — его сыграл Хоу Тяньлань, знакомый нам по недавнему детективу «Только течет река». Но это позволяет остальным лучше раскрыть себя. Дзинь решает отправиться к отцу на далекий север, это последнее путешествие откроет в нем и в людях, его сопровождающих, в актерах, их играющих, лучшие качества. Каждому будет выдана своя роль, каждый сумеет показать себя, проявить, обратить внимание зрителя. Ускользающее время, все, что требуется главному герою, все, что нужно его дочери, их родным и близким. Только бы успеть завершить дела, очистить стол, попрощаться, сказав последние слова напутствия — я же говорил, фильм безнадежно минорный. И все равно удивительно светлый, ведь отец не прощается с дочерью навсегда, он все равно останется с ней, пусть в виде воспоминаний, медленно тающих с годами. Но тем дороже память о папе-пришельце, что последние дни они проведут как самые близкие люди на свете. Это ли не лучший способ уйти?

---

Кирилл Берендеев

Перпендикулярное кино (100 рецензий на фильмы за пределами Голливуда)

Информация о том, как можно заказать книгу: https://ridero.ru/books/perpendikulyarnoe_kino/

В сборник вошли рецензии на зарубежные фильмы, вышедшие в последние годы за пределами голливудских студий в самых разных странах мира: от Франции до Камбоджи, от Новой Зеландии до США (независимых студий), во всех жанрах, кроме скучного. Они разбиты на несколько разделов, в зависимости от жанров: драмы и мелодрамы, комедии, детективы, исторические, ужасы и триллеры, фантастика, детские и подростковые.