К сожалению,  по состоянию здоровья, да и по еще внешним навалившимся причинам, не сможет отрецензировать рассказы Сергей Игнатьев, специально приглашенный на роль судьи первого тура. А жаль, вот особенно мне, зная Сергея как отменного рецензента, специально пригласил, чтоб почитать его заметки и замечания. Жаль, но он смог лишь оценить рассказы.

Остальные члены жюри первого тура продолжают трудиться в поте лица, обещая, что вот уже скоро завершат начатое. Отдельные уже завершили — Светлана Тулина оценила всех и теперь, вместо того, чтоб отдыхать,  полностью посвятила себя отбору рассказов в новый номер альманаха, ну и, уже как художница, его же оформлению.

Предупреждали. Не раз. Но настала пора репрессий.

Анна Самойлова за неоднократные хамские выпады в отношении премодераторов, судей, конкурсантов, читателей да и просто сопереживающих, лишается права голоса на этом ресурсе.  Рассказ «Имаго» с необозначенной цитатой из классика возвращается обратно на осмотрение.

Поддержание уровня репрессий на должном  будет осуществлять Камелия Санрин.

Пожалуйста, прошу всех соблюдать элементарные правила вежливости.

рассказы Анны Самойловой, все три. Дело в том, что в «Имаго» (на данный момент скрыт) обнаружилась цитата из другого произведения — рассказа болгарского писателя и драматурга Павла Вежинова «Синие бабочки», представленная как часть самого рассказа Анны — без отсылки к первоисточнику.  Данное обстоятельство, лично для меня весьма печальное, послужило причиной для моего вмешательства в судейство и снятия рассказов. А поскольку это было второе предупреждение — для удаления с конкурса и остальных произведений.

Еще раз, сожалею, что так неприятно вышло. Читателям, членам жюри и конкурсантам приношу свои извинения.

Приносим извинения нашим заждавшимся уже читателям, но сроки выхода второго номера передвигаются еще ненадолго. Виной тому подорожание бумаги и затянувшиеся переговоры с дистрибуторами. Сейчас вроде и то и другое устаканилось, надеемся успеть до «Басткона».

На этот раз Владимир Савич снимает свои рассказы «Японский вариант» и «Частный Армагеддон».

Жюри в расстройстве — рассказы уже отрецензированы, кажется, всеми.

А про то, как читать заглавие — читайте хоть с «е», хоть с «ё».  Главное. не впадать в панику. Все в порядке, выживут не все 🙂

Александр Кеслер снял с конкурса свои рассказы по собственному желанию.  Это «Без вести пропавший», «Судный час победителя» и «Счастливое завтра».

Жюри немного выдохнуло. И тут же принялось ругать дальше 🙂

(провокационно) Больше никто не забоится?

— Ма-а-а-аааанька-а-а-а-аа!!!

Истошный вопль Караваева заметался эхом в каре бараков, понесся в сторону леса и застрял в чаще. Шпагин вздрогнул от неожиданности, едва не выронив оловянную тарелку с кашей. Читать далее →

Изредка поглядывая на экран компьютера, Андрей рисовал простым карандашом портрет девушки, сидящей за соседним столом. На листке принтерной бумаги уже проступил изящный овал лица и большие глаза с длинными, загибающимися вверх ресницами.

Компьютер в это время жил своей жизнью. На мониторе появлялись картинки разных предметов, и через некоторое время описывающая их надпись. Читать далее →

1

Ответчик знал природу вещей, и почему они такие, какие есть, и зачем они есть, и что все это значит. Он мог ответить на любой вопрос, будь тот поставлен правильно. И он хотел. Страстно хотел отвечать! Что же еще делать Ответчику?

Роберт Шекли

– Перефразируйте вопрос, – с затаённой надеждой сказал Ответчик.

Роберт Шекли

Директор приюта для бездомных собрал потенциальных невест в большой комнате, представил меня и ушел.

– Здравствуйте, женщины! – сказал я бодро. – Кто хочет стать женой колониста?

– А че дашь? – лениво спросила старуха с татуировкой на щеках и носу.

– Обеспеченную жизнь на планете седьмой категории. Брачный контракт на пять лет.

– Это под куполом сидеть, что ли? Ищи дур! – крикнула татуированная.

Женщины зашумели, вразнобой захлопали откидные сиденья.

– Стойте, – сказал я, – это не все. Читать далее →

– Как ты считаешь, почему Икар упал? – спрашиваю я его осторожно, пока он тончайшими инструментами соединяет последние мельчайшие связи.

– Ну, тут и считать ничего не надо… – пожимает он плечами.

– Почему?

– Ну… – он отводит со лба тонкие спутанные седые волосы – жест, в котором больше привычки, нежели нужды, – ведь в мифе же ясно говорится – он слишком высоко поднялся в небо, солнце растопило воск, который скреплял крылья… и он упал…

– Да, но это нелогично, – возражаю я. – Ведь… Читать далее →