Владимир Семенякин. Экстремум красоты

Валя Кармазинов был легендой нашего курса. Насвистывать в бинарном коде в телефонную трубку, когда отключился диал-ап модем? Вчерашний день! Валя был способен проделать такой же фокус с фонариком и оптико-волоконной сетью.

Саша Чухимцев, его сосед по комнате, клялся, что Валя – не человек вовсе, а терминатор-интеллектуал, посланный готовить вторжение инопланетных захватчиков. Якобы имелись неопровержимые доказательства.

Другой сосед – второкурсник по кличке Шуруп – утверждал, что каждую ночь, ровно в два сорок восемь, Валя поднимается с кровати, кладёт на пол коврик от мыши и поклоняется системному блоку, жертвуя в конце алгоритмической мессы тараканов, жареных в микроволновой печи.

Слухи. Сказки, придуманные со скуки в течение долгих лекций по математическому анализу.

Но, знаете, иногда казалось, что в них есть доля правды.

 

* * *

 

Валя поправил очки и часто заморгал, глядя на меня. Загружался, как шутили ребята с курса.

— Девушка? – переспросил он, наконец. – Не знаю. Давай посмотрим.

Пробежал пальцами по клавиатуре. Поверх черных окошек со столбиками цифр всплыл зелёный прямоугольник КВ браузера, написанного Валей на первом курсе.

— «Девушка», – сказал Валя, – 128.671.000 страниц, на 12.789.132 сайтах. «Тогда девушка медленно поправила волосы и шагнула через порог комнаты…».

Он снова глянул на меня:

— А зачем тебе это надо?

Секунду мы смотрели друг на друга.

Потом я не выдержал и заржал в голос.

— Чего ты? – обиделся Валя.

— Валя, очнись! – возопил я.

Протянул руку над столом и распахнул форточку. Всколыхнулись пыльные занавески. В сумрачной комнате посвежело. Стойкий запах изоляции пикантно смешался с ароматом цветущей во дворе общежития вишни.

— Выгляни в окно! – вдохновенно агитировал я. – Нет, не в это, Валька! В то, которое на стене, а не на экране! Вдохни этот замечательный запах! Весна в разгаре, всё цветёт, солнышко греет, птички поют! Девушки, опять таки, по тротуарам прогуливаются. Глянь же!

Моя агитационная речь не вызвала должного приступа разгильдяйского энтузиазма… Смотрит на меня, словно «Касперский» на новый вирус, только подслеповато хлопающие беньки демонстрируют мозговую деятельность.

– К чему ты ведёшь? – спросил Валя. В его голосе слышалось раздражение. – Ты спросил, есть ли у меня… как это… «девушка». До этого ты обращался по моему адресу, если тебе что-то было нужно – курсовая, лабораторная. В этот раз у меня ничего вроде «девушки» нет. Закономерно, я захотел найти готовое решение. Ну что ты ржёшь? Здесь нет ничего смешного. Когда на обработку поступает неизвестная информация, я всегда так делаю.

Лицо у него было до такой степени серьёзное, что у меня мороз прошёл по позвоночнику.

Вот тут я подумал – вдруг легенда о роботе-шпионе не так уж далека от истины?

— Валя, – сказал я медленно, решив подавать материал по частям, – смотри. У нас в группе есть двадцать пять человек. Так? Из них двадцать… как бы это… двадцать – мужчины. Ну… Такие как мы.

Я неясно повёл в воздухе руками.

— Да, – сказал Валя, наблюдая за моими телодвижениями.

— Вот, – я кивнул. – А пять… остальные пять – не такие, как мы.

— Не мы?

Он поднял брови.

— Не мы, – закивал я. – Да. И с этими пятью… с «не нами», можно… это… гулять, там… дарить им цветы. Ну, и так далее… Целоваться ещё, например.

Валя смотрел на меня с умилительным, совершенно детским любопытством.

— Ух, ты, – сказал он, – интересно. И что дальше?

Я молча пожал плечами.

— Дальше?

Что было говорить? Что дальше?

— Ну… Ничего.

— Ага, – медленно проговорил Валя.

Он покосился на экран. Потом снова перевёл взгляд на меня. Было видно, что он крепко задумался – глаза его стали остекленело отсутствующими. Ненавижу, когда он так делает! Он сразу становится похож на зомби.

— Валя?

Он молчал.

— Валя! – Я помахал рукой перед его носом.

— Девушка, – шевельнувшись, сказал он. – Это интересно. Это определённо требует дополнительного исследования.

Меня он уже перестал замечать.

— Девушка, – повторил он, задумчиво листая сайт знакомств.

 

* * *

 

Своё намерение Валя высказал на следующий день, в среду.

— Это удивительно, – сказал он. – Данную предметную область требуется исследовать до конца.

Я усмехнулся, обрадовавшись: наконец-то из компьютера в человека превращаться начал.

— Ну, – сказал я. – Ты, прямо…

Он меня перебил:

— Думаю, женская красота описывается функцией.

Я замолчал и посмотрел на него с опаской. Валя закончил:

— Я хочу найти экстремум функции женской красоты.

Не знаю, какое у меня стало выражение, но Валя задал вопрос:

— С тобой всё в порядке?

Найдя утерянный дар речи, я ответил:

— Знаешь, дружище… Боюсь, ты не с той стороны взялся за дело.

— Почему? – спросил Валя. – Думаю, вполне реализуемая задача.

Я покачал головой:

— Оно-то может быть. Но есть подозрение, что научный метод тут не поможет.

Валя посмотрел на меня снисходительно:

— Ты не прав. Просто необходимо некоторое время для разработки теории. Определённые намёки на успешность разработки есть. Так задача получения максимума…

Увы, мы не успели закончить разговор. Пришёл Винчестер, лектор по теории программирования. А разговаривать на его парах небезопасно для стипендии.

После лекции Валя сразу исчез. С ним такое случалось, и можно было даже не пробовать вести поиски. Наш гений воспламенился новой идеей. Такая мелочь, как обсуждение деталей, вгоняла его в тоску.

 

* * *

 

Валя позвонил вечером. Он попросил включить компьютер. Увы, я был к тому времени занят.

У общежития ждала Катька с филфака, она уже звонила один раз, и я крутился как белка в колесе. Разговора не получилось.

О произведённой Валей сенсации мне стало известно лишь на следующий день.

 

* * *

 

Когда я вошёл, ребята, собравшись в углу, что-то громко обсуждали.

Я удивлённо остановился в дверях кабинета. Первым меня заметил Саша Чухимцев:

— О, смотрите-ка! Староста явился. Ты за какую проголосовал?

Все испытующе уставились на меня.

— Что ты имеешь в виду? – спросил я осторожно.

— Брось заливать-то! – возмутился Саша. – Скажи ещё, что ты ничего не знаешь!

Я ничего не знал, и народ с оскорблением отнёсся к такому повороту событий. Саша спросил:

— Ты, вообще, знаешь, что такое интернет?

Я огрызнулся, заявив, что Саша пижон и предложил ему иди туда, куда полагает идти пижонам вроде него. Выразив таким образом своё негодование, я потребовал объяснений.

— Иди сюда, – послышался Валин голос.

Оказалось, что это вокруг Вали собралась вся наша группа. Я опешил: Кармазинов, ставший душой компании, представлял собой настоящее аномальное явление.

— Привет, – невозмутимо сказал он, не обращая внимания на моё удивление. – Почему ты вчера не выходил на связь? Иди сюда.

На экране Валиного ноутбука были изображены четыре симпатичных женщины.

— Выбери самую красивую, – сказал Валя.

Саша сказал над самым ухом:

— Мне, например, та, что под буквой «В» понравилась.

— Тихо! – Валя недовольно посмотрел на него. – Нужен объективный сбор данных!

Я присел рядом с Валей.

— Дави давай, – нетерпеливо сказал Саша.

Я выбрал девушку «В» – она действительно была ничего.

Саша победно огляделся, мол: «Видите, я же говорил!». Видимо, спор был как раз по этому поводу.

Открывшаяся следующая страница теста заставила меня остолбенеть. На ней красовались четыре фотографии девушек нашей группы.

— Это ещё что такое? – спросил я.

— Выборка, – сказал Валя.

Он невозмутимо смотрел на меня. Я проговорил:

— По-моему, это была плохая идея.

— Да ладно! – зашумел народ. – Что тут такого!

— Когда я вчера запустил сайт, всем нравилось, – Валя, склонив голову, смотрел на меня. – И сейчас имеется семьсот двадцать восемь результатов тестирования.

Я только сейчас заметил, что тест работает в браузере. В углу страницы мигнула иконка.

— Семьсот тридцать результатов, – сказал Валя.

— Ребят, слушайте, – сказал я, вставая, – это ведь слишком! Разве вы не понимаете?

— Слушай, староста! – поморщился Саша. – Ты прямо как не знаю что!

В этот момент в кабинет вошла Маша Чуйкова. Сразу стало тихо. Саша громко присвистнул.

Маша считалась красивой девушкой, но сегодня она превзошла себя. Волосы, обычно стянутые в косу, она расплела, и белые пряди спадали теперь с плеч сверкающей серебристой волной. Она была в полупрозрачной голубой блузке и короткой юбке, едва покрывающей бёдра.

Продефилировав перед доской, Чуйкова ослепительно улыбнулась нам – привет, мальчики – и села на обычное место у преподавательского стола.

Мы едва успели прийти в себя, как вдруг обычный для перерыва шум в коридоре стих и через секунду появились другие девчонки нашей группы.

— Конкурс красоты, ё-моё, – пробормотал Саша.

Они неуловимо поменяли свою внешность, это были те же наши сокурсницы, но внесённых изменений хватило, чтобы из алмазов их красоты сделать бриллианты.

Я глянул на Валю. Он улыбался, наблюдая результат своего эксперимента. Перехватив мой взгляд, Валя едва слышно сказал:

— Видишь. Конкурентный фактор влияет на результат.

— Дурак ты, – сказал я. – Сам не понимаешь, что наделал.

Перед самым началом пары пришла Таня Горлова: она была полновата, и считалась у нас замухрышкой. Стараясь быть максимально незаметной, Таня поспешила в свой дальний угол кабинета. Потёрла кулачком красные от слёз глаза и отвернулась к стене.

 

* * *

 

День прошёл очень нервно. На первый взгляд всё было как обычно. Но чувствовалось, что девчонки всё делают напоказ. Например, вот, шепчутся о чём-то своём по обыкновению, а на лицах приклеены дежурные улыбки, и волосы поправляют через каждую секунду или накручивают локоны пальчиками. Поглядывают всё время, косятся на мальчишек – мол, хороши?

Я пробовал несколько раз говорить с Валей про это, но он меня словно не слышал. Хоть какой-то реакции удалось добиться только под конец дня. Я в который раз твердил, что он не прав, что так можно рассорить людей, что, прежде всего, надо понять – что вообще такое принятые правила социума.

Я говорил, казалось, то же, что и раньше, но Валя вдруг как-то странно посмотрел на меня и сказал с воодушевлением:

— Молодец! Отличная идея. Мы сделаем всё ещё интереснее. Поможешь?

Я отказался, содрогаясь: что он ещё удумал?

В общем, Валю не получилось переубедить. Оставалось только ждать, что будет дальше и надеяться на лучшее.

 

* * *

 

С утра в четверг вместо преподавателя в кабинете нас ждал декан. Никто не рискнул спросить его, зачем он пришёл. Всё скоро разрешилось само собой.

Взглянув на наручные часы, декан задал вопрос:

— Где Кармазинов?

Мы переглянулись. Было понятно, что Валя попал в переплёт. «Допрыгался» – пробормотал Саша, сидевший позади меня.

Валя появился через десять минут.

— Доброе утро, Кармазинов, – приветствовал его декан. – Я бы хотел поговорить. Поговорить со всеми вами. Садитесь, Кармазинов.

— Ситуация, ребята, заключается вот в чём, – сказал декан, подождав. – Вы, наверное, все знаете, что ваш однокурсник, Валентин Кармазинов, создал веб-ресурс для… – декан замялся, – веб-ресурс тестового типа. Если быть откровенным, я не ожидал подобной разработки от Валентина. Суть ресурса весьма неоднозначна и… м-м… данный вопрос остался бы в стенах нашего института, если бы не одна деталь.

Декан помолчал. Было видно, что он никак не может собраться с мыслями.

— В общем, при любых других обстоятельствах я бы без колебаний потребовал у Кармазинова удалить сайт. Однако ситуация весьма щекотлива. Проблема в том, что за не полных два дня общее количество посетителей сайта Валентина достигло пятнадцати тысяч и продолжает расти так же быстро.

В кабинете поднялся гул. Декан слегка повысил голос:

— Тише, пожалуйста!

Гул смолк.

— Спасибо. Вследствие такого успеха данный ресурс заинтересовал нескольких журналистов. Они пожелали взять у Валентина интервью. Поэтому я бы просил его и вас, ребята, как можно более тщательно подбирать выражения при общении с прессой. От этого зависит имидж нашего университета.

Декан опять сделал паузу.

— Надеюсь, мы договорились? – он обратился отдельно к Вале. – Кармазинов, мы договорились?

Валя остался верен себе. Ответил как следует:

— Дело в том, что я с утра удалил сайт. На мой взгляд, выборка достаточна. Необходимо провести её анализ.

Декан не знал, что на это сказать. С одной стороны, щекотливый вопрос был решён, с другой – возник новый. Он попрощался следующим образом:

— Вам, Кармазинов, спасибо большое, конечно, хоть я не могу сказать, что доволен таким решением.

Декан боялся разочаровать отечественную журналистику.

Его опасения были напрасны. Валя блистательно решил вопрос. Не знаю уж, что он наплёл, но в пятницу университет был битком набит журналистами.

 

* * *

 

Валя. Человек-сенсация, блин. В среду я пробудил джина, а сегодня, в пятницу, у входа в главный корпус университета стоят журналистские микроавтобусы и операторы снимают перебивки.

Нас ловят в коридорах и требуют от нас подробностей и пикантностей. Мы оккупированы, деканат превращён в пресс-центр.

Вон, например, у входа в корпус – молоденькая журналистка с оператором:

— …Веками этот вопрос занимал поэтов, художников и мистиков. Шекспир и Бэкон, Фрейд и Гёте – величайшие умы безуспешно бились над пониманием сущности женской красоты. Казалось, пришло время отчаяться и признать своё поражение. Но прогресс не стоит на месте. Кто бы мог подумать, что очередную дерзкую попытку докопаться до истины предпримет юный студент факультета прикладной математики. Пожелаем ему удачи! Кто знает: возможно, именно сегодня мы услышим научно обоснованный ответ на вечный вопрос…

Она поднимает на раскрытой ладони «антоновку» и заканчивает:

— …кому отдать золотое Парисово яблоко? Алёна Гук, специально для первого канала.

Журналистка убирает микрофон и спешит к оператору:

— Ну что, Дим, как, нормально, или давай ещё раз снимем?

Преподаватели держат оборону. Терпят праздничный гомон во время пар и прячутся от вездесущих операторов в кабинетах. Декану приходится проявить всё своё педагогическое мастерство, чтобы контрольный срез по теории компиляторов не превратился в балаган.

В начале третьей пары выясняется, что четвёртой пары не будет. Нас соберут в доме культуры для какого-то мероприятия. Мы уверены, что это как-то связано с Валиной деятельностью.

Третья пара – история. Её ведёт практикантка, ошалевшая от происходящего в эту безумную пятницу. Пара срывается. Мы полтора часа обсуждаем, как Валя умудрился добиться такого успеха. Кто-то высказывает мысль, что, должно быть, госзаказ совпал с Валиным интересом. Мы соглашаемся.

«Хоть бы у него всё прошло хорошо», – вздыхает Таня, опираясь пухлой щёкой на кулачок. Она не злопамятная, наша Таня. Но это, может, потому, что вчера вечером её парень разбил Вале нос.

Наконец, нас ведут в ДК. Тут, кажется, собрался чуть ли не весь университет. Мерцают фотовспышки, шипят рации, по которым дикторы переговариваются с операторами.

Через полчаса томительного ожидания начинает играть гимн университета. На середине он обрывается и слышно как техник, матерясь, что-то подкручивая на пульте. Через несколько минут гимн продолжается и в этот раз доигрывает до конца.

На сцену выходит Валя. Он, как обычно, в своей нестиранной чёрной футболке и джинсах.

Яростный шквал фотовспышек. Валя говорит в микрофон, но его не слышно. Техник бьётся в истерике. Колонки изрыгают жуткий гул – Валя с микрофоном подскакивает от неожиданности.

Наконец, всё настроено и работает. В другом конце зала выкрикивают: «Тимоха, давай эфир!».

— Привет, – говорит Валя. – Спасибо, что пришли меня послушать. Если быть честным, не очень понимаю, зачем проводить встречу здесь. Целесообразнее, как мне кажется, было бы сразу собираться в большом лектории. Но руководитель первого канала и наш декан настояли. Их пришлось слушать. Они важные люди.

По залу прокатывается шепоток, Валя, не обращая внимания, продолжает:

— Мы договорились, что я проведу демонстрацию, а лекция будет потом. Однако невозможно опустить всю историю исследования, иначе результат будет непонятен. Коллеги, мы ставим себе задачей найти экстремум функции женской красоты. В данный момент я ограничился поиском максимума. Прежде чем проводить какие-либо умозаключения, необходимо выработать критерий оценки получаемого экстремума.

«Журналистам придётся несладко» – понимаю я. Валя продолжает в том же духе:

— Думаю, никто не будет спорить, что достаточным критерием в нашем случае может служить субъективная оценка графического образа, составленного на основе выходных параметров функции женской красоты. Говоря проще – субъективная оценка красоты картинки, изображающей искомый идеальный образ.

«Всё-таки снизошёл», – думаю я.

— Оценка может производиться репрезентативной выборкой мужчин и, если в этом возникнет необходимость, женщин. На основе этого критерия было решено построить систему поиска экстремума следующим образом. Был создан веб-ресурс, на котором любому желающему предлагалось выбрать из ряда графических образов один наиболее красивый.

Потом на основе выборки формулировались характерные особенности каждого образа. Все особенности, установленные в результате анализа, будут перечислены во время лекционной части нашей встречи. Сейчас могу назвать несколько наиболее весомых. Например, степень пригодности к вынашиванию и кормлению детей. Для этой особенности важны ширина бёдер и размер грудей. Другой важной особенностью является текущая мода: предпочтения в длине и цвете волосяного покрова: волос, ресниц и бровей, – соотношение размеров элементов лица: например, губ, носа и глаз. Особенности характера не брались в данном исследовании в расчёт. Они могут быть учтены в ходе дальнейших изысканий.

В общем и целом я доволен качеством полученной выборки. Один раз я столкнулся с респондентом, проявившим немотивированную агрессию неясного для меня характера. Было бы неплохо выяснить позже, в чём причина этого события.

При этих словах Валя чешет нос и по притихшему к этому времени залу прокатывается смех – видать, история по избиение известна всем.

Валя продолжает:

— Итак, теперь задача сводилась к усреднению параметров элементов выборки и построению на основе усреднённого показателя красивейшего образа. Для наиболее близкого соответствия модели оценки красоты человеческому мозгу, подобное усреднение было решено получить с помощью искусственной нейронной сети. Решение найдено. Можно смотреть результат.

Заскучавшие журналисты, услышав про результат, начинают шевелиться, операторы поднимают на плечи камеры.

— Но это слишком простое решение, – говорит Валя.

Зал разочарованно выдыхает. Валя продолжает с невозмутимым выражением лица:

— Староста нашей группы подсказал, как можно сделать задачу интереснее, за что ему отдельно спасибо.

Я ёрзаю на месте. Кажется, весь мир устремил на меня взгляды. Валя говорит:

— После этого уточнения я решил сделать искусственный интеллект, который сумел бы понять, что такое отношения между мужской и женской особью и, после установления понимания, вывести идеально красивый образ. Для этого требовалось научить компьютер осознавать себя.

Валя закончил внезапно:

— Надеюсь, у меня получилось. Если быть честным, я сам ещё не видел результат. Компьютер заканчивает расчёты в данный момент. Давайте смотреть вместе.

Вспыхнул проектор и появился… белый экран. Никакого изображения. Раздался свист, возмущённые крики.

— Подождите. Компьютер должен вот-вот закончить расчёт, – успокоил всех Валя, – несколько минут…

Белый экран заполнила картинка. Зал оцепенел.

Оглядываясь на экран, Валя начал:

— Как вы можете видеть…

Он прервался, так и замерев с открытым ртом.

Что ж, Кармазинов добился своего. Компьютер осознал себя и создал образ, перед красотой которого меркла красота богинь.

Соблазнительно обнажённая материнская плата. Изящно изогнутые округлости жёстких дисков, локоны шин данных. А эти четыре видеокарты, явно способные разродиться терабайтами прелестной информации! А сетевая плата! Эти восемь выходов, достойные сервера!

Результат в лучших традициях Вали.

Он признавался потом, что так и не понял: почему за ним два квартала гнались журналисты первого канала.

Реклама

14 comments on “Владимир Семенякин. Экстремум красоты

  1. На одном дыхании проглотила, Владимир, ваш рассказ. Умеете завлечь, да…
    Но возник вопрос: экстремум — это минимум или максимум, оба (по определению). И когда вы говорите об экстремуме, то сразу следует, что говорите о самой красивой И самой некрасивой. Но в рассказе речь лишь о красивой. Отсюда — диссонанс! Что скажете?

  2. отличный рассказ — но не без шероховатостей. Имеются системные ошибки — в частности, автору надо обратить внимание на ТСЯ и ТЬСЯ и правила оформления прямой речи — в тексте она везде оформлена неверно, это царапает.

    итак.
    язык хорошо бы почистить, стилистика хороша, так что два из трех

    герои — супер, тут придраться не к чему, просто отличные герои, даже компьютер)))))))))))

    идея хороша, но развязка предсказуема, хотя самой-самой финальной фразой автору удалось таки внести изюминку.

    пока предварительная 8, посмотрю на послевкусие.

    по блохам
    и покланяется системному блоку

    опечатка

    Поверх черных окошек со столбиками цифр, всплыл зелёный прямоугольник

    Лишняя запятая

    — Ну… Нечего.

    Ничего

    Он сразу становиться похож

    Стаовится

    — Ну. – Сказал я. – Ты, прямо

    Неверное оформление прямой речи. Ремарка с большой буквы пишется лишь в том случае, если это совершенно отдельное предложение, в котором нет глагола, связанного с речевой активностью героя, или его (глагола) аналогов. То есть тут (и в большинстве случаев в тексте) после НУ –запятая. А не точка, и ремарка с маленькой, после Я тоже запятая и дальше речь героя с маленькй.
    Почти вся прямая речь в рассказе оформлена неправильно, это сильно царапает

    Разговаривать на его парах небезопасно для стипендии

    ВОТ!!! Единственное из всех встреченных на конкурсе верное употребление слова ПАРА!

    куда-то исчез
    что-то громко обсуждали
    Они как-то неуловимо
    что-то подкручивая

    Неопределенности стоит оставлять лишь там, где без них точно не обойтись, как и СВОЙ или ЕЩЕ-УЖЕ. В остальных случаях это слова-паразиты, они говорят о нежелании автора подыскивать точный эпитет.

    общались друг с другом словно напоказ. Казалось постоянно, что не говорят друг с другом

    прямой повтор

    никто не решался. Всё скоро разрешилос

    томительного ожидания неожиданно начинает

    повтор однокоренных

    как материться техник

    матерится

    На основе этого критерия, было решено построить систему

    Лишняя запятая

    • Всё понял. Надеюсь, на выходных приведу текст в порядок с учётом указанных правок — благо условия конкурса позволяют.

      А прямая речь — это мой бич. Везде меня за неё пинают. Беда в том, что, как правило, когда близок дедлайн, уже не до правок. К тому же, для студента дедлайн всегда близок.

    • Кстати, хотел ещё вынести вам отдельную благодарность: после вашего отзыва я, наконец, более или менее разобрался в правилах оформления диалогов.

  3. Отличная вещь, вкусная с изюмом и, самое главное – живая. Только финал ожидаемый, что обидно. Я почему-то ждала, что на экране появится шар. Однако компьютер не промах. Нашла несколько ошибок даже после Фанни.

    куда полагает идти пижонам Полагается.

    Нас ловят в коридорах и требуют от нас подробностей и пикантностей Повтор!второе нас лишнее
    история по избиение известна всем. Я бы сказала история с носом.

    за что ему отдельно спасибо. Отдельное

    Итого: Идея – 2, герои – 3, стиль и язык – 3. Бонус -1. За материнку в конце.
    Оценка: 9

    • Спасибо за отзыв и — особенно — за указанные ошибки! Исправлю при первой возможности.

      П.С.: «Я бы сказала история с носом» — не знал, что есть такое устойчивое выражение. Теперь буду знать, спасибо.

  4. «общее количество посетителей сайта Валентина достигло пятнадцати тысяч и продолжает расти так же быстро.»
    — непонятно. Они имеют отношение к математике? Почему бы не сказать просто: «продолжает расти в геометрической прогрессии»?

    Концовка слишком предсказуемая.
    Повисла ниточка про персонажа «Таня Горлова» — к чему это упоминание? ружьё не стреляет.

    Понравился юмор и стремительность перекатов.

    Оценка — 9

    • Спасибо за отзыв!

      По поводу отзывов — ниточка не повисла, она дальше немножко вьётся: ««Хоть бы у него всё прошло хорошо», – вздыхает Таня, опираясь пухлой щёкой на кулачок. Она не злопамятная, наша Таня. Но это, может, потому, что вчера вечером её парень разбил Вале нос.». Видимо, плохо выделил это в тексте. Попробую пересмотреть.

      Да, с концовкой беда, тут общее мнение. Печально. Было не неплохо понять с какого момента она прочитывается. То, что Валя что-то напутает ясно с начала. Но с какого момента становится ясно как именно он напутает? Тут, видимо, надо тоже читать и пытаться смотреть отстранёно на текст.

      Ещё раз спасибо за отзыв! Недочёты будут учтены в следующем коммите.

  5. Завязка похожа на начало фильма «The social network».
    Но финал достойный)
    Юмор на уровне, герои выпуклые. Даже Танечка.
    Вопрос присутствует, ответ тоже.

    Язык и стиль — 3, герои — 3, идея — 2.
    Итого: 8.

    • Спасибо за отзыв! Кстати, когда уже написал понял, что таки да — в чём-то похоже.
      Удивлён, что это так поздно заметили.

  6. Начало — как в фильме «Социальная сеть», что уже отмечено techtonica. Повествование получилось увлекательным, несмотря на банальную концовку. Возможно, ждал чего-то большего просто…
    Юмор приятный. Персонажи хороши.

    Я — 2
    Г — 3
    И — 2
    Б — 0

    7

    • Спасибо за отзыв… Да, все критикуют идею. Увы, тут не вижу вариантов решения — кроме, разве что, написания другого рассказа с теми же героями. Может, как-нибудь попробую такое сделать.

      А по поводу «Социальной сети»… Честное слово, не специально. Просто я бы по жизни использовал описанный подход для решения задачи.
      Этот рассказ — стёб над самим собой.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s