Александр Лычёв. Дважды два

Встава-ай! Ви-тень-ка… – пропел у меня над ухом женский голос. Голос вполне себе приятный, но вот только почему-то складывалось ощущение, что дама пребывает не в таком уж хорошем расположении духа. 

Не люблю я, когда дамы в плохом настроении. Открывать глаза не хотелось. Тем более, что… А где это я, собственно? Под спиной чётко чувствовалось что-то твёрдое. Не камни, но уж явно и не постель. Песок? Под головой… Ну, нечто помягче. Судя по запаху кожи – сумка? А почему примешивается запах духов? Женская сумочка? Или аромат исходит от невидимой собеседницы? А почему голос сверху идёт?

Открыть глаза оказалось трудно. Реально трудно – будто веки склеились. Подношу руки к лицу и нечаянно натыкаюсь правой ладонью на нечто упругое – и тут же получаю шлепок по руке. Несильный – так, дисциплинирующий. Ой, извините…

Да, теперь диспозиция ясна. Я лежу на песке, головой – действительно, похоже, на женской сумке, которую держит на коленях её хозяйка. Симпатичное лицо, тёмные волнистые волосы, карие глаза… Чуть скосив взгляд вправо, замечаю нечто вполне достойное внимания – ну да, «упругое…»

Ты как, оклемался? Вить?..

Я закрыл глаза снова. И опять открыл. В памяти было пусто. Ну, не то, чтоб совсем вакуум, но какой-то очень густой туман. Ей повезло… Она хотя бы в курсе, как меня зовут!

Кажется, по моему озадаченному виду собеседница поняла, что мне нужна помощь:

Я – Алла. Ты – Витя. Мы гуляли по городу. Потом – на пляже были… 

Да, воспоминания стали проступать сквозь мглу. Как-то странно, очень рвано и однобоко. Да, это Алла, Аля – ни в коем случае не «Аллочка»… И мы гуляли по городу. И были на пляже. И всё было хорошо… И сегодня, и вчера, а уж ночью между сегодня и вчера – так и вообще замечательно. Но знакомы мы недавно – ну, несколько дней…

Похоже, напряженная работа мысли отразилась на моей физиономии:

Хоть что за город – вспомнил уже?

Почему-то в голове всплыл образ моего школьного учебника по литературе. Обшарпанный такой… С классикой что-то связанное. Пушкин-Лермонтов? Нет, определённо не то. И не Достоевский с Толстым тем более… Я, сделав над собой усилие, сел, просипев:

Гоголь?

Аля усмехнулась:

И даже не Шевченко уже лет тридцать как. 

А, ну да… 

Актау!

В голове резко прояснилось. 

Мы встретились тут, действительно, около недели назад. Курортный роман, обычное дело… Вот только для нас это довольно относительный курорт: тут как раз проходит конференция атомщиков по замкнутому циклу и смежным технологиям. Я – по космическим своим делам тут. Аля – геолог… Но по сути – именно что курорт, да. А сегодня мы, отстрелявшись на конфе с утра, весь день ходили по городу. А потом… 

Что же потом? Почему-то это вдруг показалось очень важным… Не хотелось демонстрировать состояние памяти, ещё не пришедшей в норму, но беспокойство победило. Проглотив ком в горле, я севшим голосом спросил:

Когда мы вышли из кафе с непроизносимым названием, в девятом микрорайоне – напротив ещё семиэтажка стояла, на торце нарисован мужик в чалме – во все семь этажей… Куда мы пошли после?

Аля – восхительный это у неё фиолетовый топик, кстати, с красным купальником и загорелой кожей смотрится прелестно– вздохнула:

Я тоже долго не могла припомнить. – И очень чётко, как на докладе, проговорила: – А потом у меня окончательно полетела «база», и мы пошли покупать новую. По дороге – вообще совались во все местные щели… Нашли странную контору – в девятнадцатом квартале… Ну, микрорайоне. Ты ещё сказал, что вроде бы такого в Актау вообще быть не должно. И купили вот это.

Она помахала гаджетом. Протянула мне.

Ну да – точно. Теперь помню. Обычная «база» для «очков расширенной реальности». Стандарт – почти как у меня, чуть крупнее. Тоже бледно-фиолетовый корпус, евразийская символика – бюджетное что-то. Пожалуй, великовата для ношения на поясе – по крайней мере, Аля сразу пристроила её в сумку. Подключила очки. И мне сигнал кинула – ну так, похвастаться-проверить…

И вот дальше… 

А что было потом – я и сама что-то не помню. Ну, на пляж пришли. А потом?

Ну, а я – так тем более… 

Я вытащил из кармана рубашки очки, надел, подключил – Аля сделала то же самое, разрешила мне доступ к своей базе…

Смотрю на Алю, на окружающее… А, собственно, где мы? А, ну да – на пляже. Сидим в тени, с задней стороны какого-то павильончика – типа «соки-воды»… Ну, море как море. Почему-то выходить из тени на яркое солнце вовсе не хотелось. Интересно, а почему оно яркое, вечер же? Но песок блестит так, будто на дворе полдень. Я запросил местное время… Ну да – закат уже скоро вообще-то. Ну-ка… Встаю… Ох, как кружится голова!

Аля встаёт тоже – поддерживаю её. Бреду из тени, чтоб на солнце взглянуть – чёрт, будто ходить разучился…

Да, хорошо, что на мне – очки!

Иначе глазам пришлось бы плохо… Нет, солнце вовсе не было чисто белым, как показалось в первый момент. Клонящееся к закату светило отливало желтизной… Вот только обычно солнышко в таких случаях становится красным. Вроде как…

Мать вашу, да что тут происходит?

Аленька, глянув, охнула и опять плюхнулась на песок. Отползла в тень, за павильончик. Я, проявив положенную мужскую выдержку, последовал её примеру секунд через десять. Пот прошиб такой, что хоть снова купайся. И дело явно не в жаре. 

Вить, на размер глянь, – как-то очень спокойно проговорила моя подруга. – Размер солнца, – уточнила она секунду спустя.

Прокручиваю очки на минуту назад, приглушаю яркость и цветность… Ох ты ж ё-моё!!!

Примерно две трети от нормального Солнца. И, судя по цвету, спектральный класс «А», явно не наш родной «Же»…

Отупение какое-то навалилось… Кажется, это последствия давешней потери сознания. 

Вызываю функцию спектрального анализа… 

Спектральный класс А-четыре или А-пять, светимость, значит, превосходит солнечную раз в пятнадцать…

Да, в любой другой день это показалось бы странным. Сглотнув слюну, я произнёс, не особо ожидая ответа:

Эээ… Есть рабочие гипотезы?

— Ммм… А у тебя? – ответила Аля вопросом на вопрос.

Я хотел уже признаться, что как-то не в форме сегодня – и тут меня как ударило. Я почти прокричал:

А масса превосходит обычную солнечную в два раза. Ровно в два!

Аля пробормотала: 

Нормальные герои всегда идут в обход. Массу звезды в килограммах, как и спектральный класс, мог просто в местной Википедии посмотреть – куда бы нас ни занесло, техника-то тут явно такая же… А что с того, что ровно в два?.. – спросила она… и тоже резко замолчала. 

Тоже вспомнила. Угу. Вот именно. Любовь – она вообще, того. На высшую нервную деятельность влияет довольно своеобразно. Ещё час назад мы, тридцатипятилетние лбы, плескались в море, как дети. Бросались песком. А потом, натешившись, стали, попросту говоря, болтать. Аленька вот интересовалась по жизни попсой. Но не современной почему-то, а исторической. Могла напеть шлягеры не только десятых и нулевых, но и девяностых, восьмидесятых, семидесятых… Ну, вот их-то она мне и показывала. И последним экспонатом, который она продемонстрировала, оказался именно этот:

Два солнца, два неба, до тебя мир таким не был!

Два солнца, две жизни – стали светом одним!

Два солнца, два неба, до тебя мир таким не был!

Два солнца, две жизни – стали миром одним!1

А потом, когда песня кончилась – мы как раз собрались и уже шли с пляжа, мимо этого самого павильончика… Аля вдруг посмотрела мне в глаза. И я спросил:

Ты этого хочешь? Два Солнца в одно? 

Ну, вот когда она ответила «да», всё и случилось. Как будто небо выгнулось в противоположную сторону, и… Нет, не лопнуло: скорее, вывернулось наизнанку. А через несколько минут я пришёл в себя, лёжа головой на коленях у Али. 

Похоже, Солнце приняло удвоение на свой счёт… – озвучил я очевидное. 

Но как? – Аленька вытащила из сумки базу. – Нет-нет, погоди, что-то не так, – она нахмурилась. 

Ну, это мягко сказано… Заторможенность наша сейчас, пожалуй, даже к лучшему!

Аля закусила губу… Анжелина Джоли бы была довольна такими губками! Покачала головой:

Если Солнце стало ярче в пятнадцать раз, то Земля должна изжариться… 

Я ответил: 

 Всё увеличилось в два раза, Аль. В том числе и орбиты планет… А, стоп… 

Вот именно что: дважды два – четыре, Вить. А не пятнадцать. Излучение ослабевает пропорционально квадрату расстояния от источника. Увеличение радиуса орбиты вдвое ослабляет солнечное излучение вчетверо. Но усилилось-то оно в пятнадцать раз! – она щёлкнула пальцами. – Всё равно Земле хана. Кроме того, ты же считал размер звезды. Какое там вышло расстояние до здешнего Солнца?

Чёрт, она права… Я обновил вычисления… 

Четыреста пятьдесят – пятьсот миллионов километров!..

Четыреста пятьдесят шесть миллионов, согласно справочнику. Даже я помню: такая орбита, если мы просто удваиваем все параметры, здесь скорее Марсу должна подходить – ну, его аналогу…

И даже этого расстояния – мало: новое, удвоенное Солнце, почти с Сириус размером, освещает и греет этот мир более чем в полтора раза сильнее, чем наш родной!

Но ведь это значит, что…

Термоядерного топлива в удвоенном Солнце в два раза больше, но расходует-то оно его в пятнадцать раз быстрее! Значит, через полтора миллиарда лет после возникновения – уже погаснет. А не через одиннадцать – тринадцать миллиардов, как Солнце нашего мира. Ну – вернее, наоборот: не погаснет, а вспыхнет Сверхновой. Его эволюция пройдёт полностью за этот срок. А ведь Земле – почти пять миллиардов лет…

Несколько минут мы лихорадочно разбирались по справочникам, сколько же длится местный год… 

Ну да, всё верно: возраст этой Солнечной системы не дотягивает и до миллиарда лет по нашему счёту. Удивляюсь, что планеты успели сформироваться, – Аля озадаченно сморщила лоб… и тут же рассмеялась:

Зато процент урана двести тридцать пять тут в разы больше, чем у нас… Никакого обогащения не нужно проводить: природный уран вполне годится для любой АЭС! Ведь если, как мне объясняли в университете ещё, тяжёлые элементы сварились в пламени Сверхновой, которая одновременно послужила первотолчком для сжатия протосолнечной туманности, то тут с тех пор прошло в несколько раз меньше времени. Двести тридцать пятого изотопа сохранилось гораздо больше, чем у нас!

Угу, кому что, а сумасшедшим атомщикам – лишь бы железкам их радиоактивным легче жить было… Ладно-ладно, я ничего, сам такой… Только по космосу сдвинутый, а не по атому… А кстати: 

А как тут жизнь успела развиться с нуля до разумного существа за жалкие полмиллиарда лет? У нас-то во много раз больше времени потребовалось. Или как – может быть, люди здесь гости? Прилетели откуда-нибудь? Но ведь уровень технологий тут – наш, две тысячи двадцатых годов… Википедию вон юзают!

Мы опять углубились в лихорадочный допрос справочников и энциклопедий.

Хмм, – протянула Аленька. – И это – наши предки? 

Ну да, предки выглядели непрезентабельно: миллиметрового размера бочоночки с восемью ножками-пенёчками. Я постарался скрыть улыбку.

Тихоходки. С них началась местная эволюция. Способны переносить в анабиозе глубокий вакуум и заморозку, а также облучение до полумиллиона рентген. По-моему, миленькие…

А по-моему – не очень, – отрезала Аля. – Я помню, кто это такие… Что-то среднее между членистоногими и кольчатыми червями. Очевидно, их забросило сюда из другой планетной системы, где жизнь развивалась гораздо дольше. Интересно – как?

Я пожал плечами. Не было смысла перечислять сейчас множество потенциальных возможностей:

Самое простое – с кометами. Конечно, этому миру чрезвычайно повезло, он много времени сэкономил… Да, с тихоходок за полмиллиарда лет до разумных форм дойти уже реально. На нашей Земле полмиллиарда лет назад как раз что-то в этом духе и обитало.

Это всё понятно. Этот мир только кажется похожим на наш. На самом деле он гораздо моложе. Представляю, какая тут вулканическая активность…

Ладно. Примем за рабочую гипотезу, что это мы, своим пожеланием, всё тут удвоили. Ну, и как мы это сделали?

Аля выразительно указала взглядом на «базу» в сумке. В общем-то, других объяснений этого маразма, кроме тривиальных и потому неинтересных – вроде качественного наркотического бреда – я, правда, никакой «дури» никогда даже не пробовал, но ведь всё когда-то случается в первый раз? – на самом деле не было. 

Что ж, посмотрим, что это такое. Аля, как хозяйка, запросила у супергаджета его внутреннее досье. И открыла мне доступ. 

Ну, посмотрим… Местное производство, на базе каких-то советских ещё разработок. Оборонных. Угу, уникальная элементная база. Контур биологической обратной связи как раз с ним связан, нейроинтерфейс в смысле… Угу: уникальная кристаллическая решётка, фантастическая чувствительность. Экспериментальная линия… Сырьё добыто в новом месторождении, название которого в переводе означает «слёзы джиннов»…

Некоторое время мы молчали. Потом я прочистил горло – и сказал:

А давай-ка сходим туда, где мы его надыбали… Девятнадцатый квартал, значит? Где он тут?

«Вика» – наше всё… Ну, конечно – на этот раз он и вправду оказался несуществующим:

В Актау нет улиц. Вернее они есть, только улицы не имеют названий. Город полностью состоит из 36-ти микрорайонов. Они имеют номера с 1-го по 32-й. Некоторых номеров нет (с 18 по 21). Номера микрорайонов иногда отражают время их постройки, хотя самый старый — это 3-й, чуть позже появились 1-й, 2-й и 3-А…

Опять помолчали. Аля произнесла вдруг:

Во Вселенной – в Мультивселенной, вернее – существует всё одновременно. Все миры. А тот, который мы считаем своим, просто нами чётче воспринимается. Соответственно, если произвести некую очень глубокую перестройку восприятия, точка привязки к реальности изменится… 

Угу.

Я знаю эту теорию. Значит, данный супердевайс, – указываю на фиолетовую базу, – каким-то мистическим способом поменял в нас эти настройки. И – перекинул тем самым сюда. Ну и?..

Аля пожала плечами:

Ну, он же сделал это потому, что мы сами его об этом попросили. Ну, он – как джинн, с которым, по сказкам, надо очень чётко формулировать желания. А мы сказали – «два Солнца – в одно»… Может, просто так же попросим джинна отправить нас обратно? У него же, в конце концов, должно быть нечто вроде памяти по таким переносам?

Ну да – почему бы и нет. Вот только…

Притомился я чего-то… Побывать в другом мире – и не искупаться в местном море… Ну, куда это годится?

Аля рассмеялась – и сняла очки…

***

Оказалось – море как море. Если и отличалось чем-то от привычного Каспия, то я не уловил. Вот только какая-то странная специфическая лёгкость во всём теле. Здесь притяжение, что ли, меньше? Но почему? Земля ведь по идее тоже должна вырасти по массе вдвое… Но от размышлений на эту тему у меня уже болела голова. Ну их, в конце концов… Алька показала мне язык и обрызгала с головы до ног. Ах так?.. Ну, держись теперь!..

Сидя под лучами заходящего Солнца, начавшего, наконец, окрашиваться багряным, обнимая за плечи Алю, я опять почувствовал смутное беспокойство – как всегда перед озарениями, обычно из области «дважды два-то, оказывается, четыре!» 

Вот интересно, – начал я вслух, чтобы мысли не метались так беспорядочно, – а мы ведь сейчас в Евразии, да? В Казахстане, в Актау… 

Вероятно, – ответила Аля без особого интереса. 

А как тут вообще мир выглядит? Политика, экономика? Ведь тут гораздо теплее… Многое вероятно, поменялось? 

Мы запросили карты…

Да, вот тут-то меня и накрыло всё то, что до сих пор как-то держалось под контролем: страх, паника… Сдержался я только ради Альки.

Континент на планете оказался вообще один. Правда – большой, почти во всё северное полушарие. Или южное? Ну, на карте его рисовали сверху. Несколько глубоких заливов. Могучие реки, стекающие из колоссальной горной страны… И пара внутренних морей. Побольше – поближе к полюсу. И поменьше – недалеко от экватора. Мы сейчас сидели на берегу того, что побольше. Каспий оно превосходило размерами и глубинами в несколько раз. Просто огромная дыра в континентальной коре! 

Более чуждый мир трудно себе представить. Но самое странное и пугающее – на эту жутко мутировавшую планету оказались втиснуты земные государства! Великая горная страна оказалась аналогом Тибета – и, в то же время, Анд: с одной стороны от неё разместился Китай, с другой – южноамериканские страны. На одном из гигантских выступов-полуостровов обнаружилась вся Европа. На другом – Северная Америка, кажется, слившаяся с Австралией. Ну, а Актау оказался на берегу крупнейшего внутреннего моря, как и положено. А вообще внутренние пространства гигантского сверхконтинента оказались заняты, вполне логично, Евразийским блоком. Ну да, а прежде там находился Советский Союз, а ещё раньше – Российская империя… Но КАК?..

Кажется, последний вопрос я произнёс вслух.

Марс, – односложно ответила Аленька. 

И от одного этого слова весь мой ужас растворился, как по волшебству. Люблю эту женщину!.. Вот что делает с человеком обретение ясности и понимания. Интересно, почему не мне это пришло в голову?

Всё верно: океанский бассейн – Бореалис, великая северная низменность Марса, отделённая от южных плоскогорий «планетарным уступом». Великая горная страна – Фарсида, с величайшими в Солнечной системе вулканами, давно потухшими. То внутреннее море, что поменьше – низменность Аргир. А «наше», более крупное – Эллада, колоссальный ударный кратер: действительно – просто-таки пролом в континентальной коре. Но столкновение с астероидом такого размера практически наверняка убило бы все высокоорганизованные формы жизни на планете… 

Я высказал эту мысль.

Аля опять забавно наморщила лоб:

Мне кажется, программа гаджета – угу, или джинн – пытается выполнять наши приказы в пределах возможного. На здешней Земле слишком жарко, Солнце её греет вчетверо сильнее. Ну, пришлось использовать Марс, который в этом мире подходит под родину человечества лучше, чем любой другой потенциальный вариант. Марс тут крупнее, атмосферу держит… Скорее всего, геологическая история – то, как именно тутошние континентальные массы выстроились именно в такую конфигурацию, а не другую – шла совсем иначе… Должно же быть просто похоже на наш Марс, не более того. Астероида тут, вероятнее всего, никакого и не было. Это внутреннее море – естественного происхождения…

Ну, собственно, все проблемы – с низкой гравитацией, слишком большим расстоянием от Солнца и прочее – идентификация этого мира как «удвоенного Марса» вполне решала. Молодец, Аленька! Хотя, конечно, всё равно тут должно быть слишком жарко. И радиация… Ультрафиолетовое излучение сильнее. И тут…

Ну да. Кожа моей подруги, всегда чуть смуглая – предки у неё откуда-то с южной Украины – вдруг показалась мне какой-то особенно тёмной. Нет-нет, не чёрной, а… Кажется, такой цвет называют коричным. Примерно как у большинства индусов. Быстро достаю у неё из сумки косметичку, оттуда – зеркало… Всё верно: я тоже утерял свой нордический облик. Примерно так выглядят наши кавказцы – или итальянцы с греками…

Аля смотрит на меня в недоумении. Протягиваю зеркало ей. Она, наверное, смотрелась в него не меньше минуты, прежде чем ойкнула и поднесла руку к глазам. Вот теперь, похоже, и её малость пробрало. Она сглотнула и хрипло проговорила:

Ещё час назад мы были другими. Подозреваю, к утру мы попросту забудем наш прежний мир. Полностью… – она взмахнула рукой, – растворимся в этом. 

Я кивнул:

Пошли отсюда, а?..

***

Вроде бы не так всё и сложно. Супергаджет-джинн же должен наши команды выполнять… Просто вносим отмену первого приказа, который подразумевал Большое Удвоение. Ну, начали?

– …Хочу, чтобы все удвоенные параметры были снова уменьшены вдвое, – произнесла Аля. 

– …уменьшены вдвое, – эхом отозвался я. 

И небо опять вывернулось наизнанку. 

***

Похоже, второй раз всё проходит легче. Я поднялся самостоятельно, отплёвываясь от песка… Аля уже стояла – спиной ко мне, лицом к морю – и к огромному густо-красному Солнцу, висящему не над горизонтом вовсе, а только что не в зените. Но жарко вовсе не было. Сначала. А потом меня уже привычно бросило в жар. Иногда я по жизни туплю, но на этот раз сообразил быстро. 

Ты подключила меня к базе как «своего»?

Ответом мне стал лишь мрачный взгляд. 

Угу. Значит, наш общий приказ уполовинить все удвоенные прежде параметры чёртов гаджет воспринял как два последовательных приказа: сначала от Али, потом от меня. А дважды два, как известно, четыре! Вот именно во столько раз он всё и уменьшил. 

Я вздохнул:

То есть это, – киваю в сторону светила, ни что иное, как…

Солнце спектрального класса эм-ноль. На Земле оно способно создать лишь третью часть нормального освещения, так что это, похоже, располовиненная Венера. Тоже прохладно, но терпимо. Сутки тут, кстати, как и на нашей Венере, длиннее года, так что по факту имеет место что-то вроде смены полярного дня и полярной ночи. Сейчас – почти середина лета. 

Алла повернулась ко мне – и иронично улыбнулась:

Похоже, придётся попробовать ещё раз. Не хотелось бы, чтобы оно сейчас перестало работать… 

Я подмигнул:

Ну, даже джинны давали три желания, да?

1 «Два Солнца» — исполняет София Ротару

Реклама

5 comments on “Александр Лычёв. Дважды два

  1. Отличная идея
    Я не физик, но с моей абсолютно далекой от этих материй точки зрения выглядит все очень достоверно, а это главное)))))))))))))
    Песню не помню, а для кого-то еще и она цеплялочкой сработает
    Язык грамотный, юморной, но не натужно юморной, когда изо всех сил пытаются рассмешить и выглядят эти попытки жалко, а скрытый такой, подковерный. Люблю.
    Вообще в этом рассказе язык куда чище, чем в двух других текстах этого же автора, представленных на конкурс. Может быть, более вычитан.
    но неопределенностей все же многовато — хотя здесь о них не так спотыкаешься, как в остальных двух рассказах, но все же этот лучше бы дать вычистить хорошему редактору, прежде чем пытаться куда-то пристроить — больше шансов будет, рассказка хорошая и жалко, если не прочтут, споткнувшись
    Единственный минус – наличие собственных авторских слов-паразитов и усиленное навязывание их героям.
    Это во всех трех рассказах прослеживается четко – они все очень любят начинать предложения с УГУ или НУ (кстати, после НУ запятые не надо почти никогда, попадались лишние)
    Это несколько снижает характерность героев

    Язык 3
    Герои 2
    Идея 3
    Бонус 1
    за сплав научности с джиннами и надежду финала

  2. Очень познавательно. Энциклопедично. Действие состоит в построении миров своими руками из деталей лего. Вместе с тем, живые реплики, увлекательная разговорная речь.

    Идея занимательная, антураж на месте. Действие… статично мне показалось.
    Зачем она заставляет его вспомнить город? Это обычный вопрос к человеку, едва пришедшему в себя после обморока? Ответ мне понравился, но вот вопрос… И скомканность пересказа предыстории.

    При общей схематичности рассказа реальный город Актау требует какого-то колоритного антуража. Этого мне тоже не хватило. Почему Актау, если у него нет лица?

    В общем, художественная сторона меня не вполне устроила. Что мне жаль, поскольку герои (местами) симпатичные и (местами) живые.

    Оценка — 7

  3. Мне понравилось, автор. Писано от души, идея отличная, научная, а подана очень легко и вкусно, с пикантными подробностями про выпуклости. Это надо уметь. Прочла с удовольствием.
    Итого: идея – 3, герои – 3, стиль и язык – 3.
    Оценка: 9

  4. Курортный роман, помноженный на науку, фантастику и исполнение желаний — воистину, такое встречаю впервые. Только идея в чем? Любовном попадании? 2.
    Герои доброжелательные, но особых отличительных черт не имеют. 2.
    Стиль ровный. 2.
    Бонус за ощущение каникул и солнца.
    Итого: 7.

  5. Забавно, научно, энциклопедично — как уже сказали выше 🙂 Мне понравилось. Почему-то повеяло такой вот познавательной советской фантастикой как в «Технике молодежи». Большинство подробностей, конечно, знал. Но это был замечательный повод освежить знания по физике и астрономии.

    Я — 3
    Г — 2
    И — 3
    Б — 1

    9

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s