Марина Ясинская. Не в ответе за тех

Женька снова слушал крики соседа. Он не мог разобрать слова, но интонация говорила сама за себя – Денис был рассержен и изливал своё недовольство на того, кого считал виноватым.

Виноватой обычно была его жена Аня. Миловидная, изящная молодая женщина лет двадцати трёх — двадцати пяти с застенчивым взглядом, тихим голосом и немного виноватой улыбкой. Иногда, сталкиваясь с ней на лестничной площадке, Женька пытался завести вежливый разговор о погоде, но она всегда отвечала односложно; казалось, она торопилась закончить беседу, потому что боялась, как бы муж не застал её за этим занятием.

Как этот плюгавый, затрапезного вида мужичишка заполучил воздушную застенчивую Аню, Женька просто не понимал. И когда до него доносились отзвуки громких скандалов, он непроизвольно сжимал ладони в кулаки. Желание вмешаться рвалось изнутри. У Женьки был разряд и чёрный пояс, да он бы этого Дениса — в два счёта! Не раз и не два он подходил к двери, собираясь вылететь на лестничную площадку, постучать к соседям и…

И всегда останавливался, боясь, что своим вмешательством сделает Ане только хуже.

А потом, когда они снова сталкивались на лестнице, он уже не навязывал ей беседу о погоде, зная, что заставляет её чувствовать себя неловко. Вместо этого говорил только «Здравствуйте», пытаясь вложить в это слово и во взгляд всё то, что ему так хотелось ей сказать. Аня отвечала ему «Здравствуй» и, опуская глаза, торопливо заходила в квартиру.

Женька смотрел на закрывающуюся за ней дверь и вздыхал, злясь на свою беспомощность.

* * *

Капитан кибназдзора Трофим Алеев вынул пистолет из кобуры и подал знак – начинаем!

Дверь в неприметное складское помещение вылетела с первого же удара.

— Кибнадзор! Всем оставаться на местах! – выкрикнул Трофим, прекрасно зная, как бесполезна эта команда: те, по чьи души они пришли, кинутся бежать первыми.

Так и вышло – надсмотрщики тут же рванули в разные стороны. А вот рабочие в одинаковых комбинезонах послушно застыли, где стояли.

Всего несколько минут спустя всех подозреваемых с заломленными за спину руками выводили на улицу. Трофим довольно потёр руки – операция прошла не только успешно, но ещё и без единого выстрела, лучшего не пожелаешь. Осталось только разобраться с киборами.

— Давайте, ребят, за дело, — скомандовал он своим бойцам и кивнул на застывших у затихших конвейеров рабочих в одинаковых комбинезонах.

Трофим настолько не ожидал увидеть среди работников цеха человека, что, заметив забившуюся в щель между столами девушку, вздрогнул от неожиданности.

— Вылезай, — скомандовал он, и та неохотно выбралась из своего укрытия. Среднего роста, худощавая, коротковолосая, в таком же комбинезоне, что и остальные киборы, она затравленно смотрела на капитана.

Трофим недоверчиво покачал головой. Давно уже в таких вот подпольных цехах не встречаются живые люди. С тех пор, как появились киборы, людей использовать практически перестали. Теперь вместо траффикеров, поставлявших дешёвую рабсилу, владельцы фабрик и цехов пользовались товаром нелегальных кибор-производителей. Киборы обходились дешевле и были удобнее любого гастарбайтера: платить не надо, кормить по минимуму, их никто не разыскивает, они не возмущаются и не пытаются бежать.

— Тебя как зовут?

— Юля.

— Ты как сюда попала, Юля?

— Сбежала.

— Откуда?

— Из… из… заведения. Только мне некуда было идти, и очень скоро меня поймали и привезли сюда.

— Ясно, — процедил Трофим. Юле на вид не больше восемнадцати, совсем ещё молоденькая девчонка. Возможно, подпольный цех и рабочий день в шестнадцать часов и лучше… заведения, но, вероятно, ненамного. – Ладно, разберёмся, — мрачно продолжил он. – Ты из какого города?

Юля не ответила – она с ужасом смотрела на что-то у него за спиной. Трофим резко развернулся, хватаясь за пистолет. Позади ничего не было, только его оперативники, проводившие осмотр киборов. А у распахнутой двери цеха уже стоял автобус переработчиков.

Трофиму потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что именно на автобус Юля и смотрела с таким ужасом, на узнаваемый логотип переработчиков на боку – белую руну, заключённую в перевёрнутый жёлтый треугольник.

Догадка ещё не успела превратиться в уверенность, когда девушка схватила Трофима за руку и выпалила:

— Пожалуйста, пожалуйста, не отдавайте меня им!

— Так ты… — начал Трофим, и Юля, просяще глядя на него, закончила:

— Да, я андроид. Пожалуйста, только не отдавайте!

Трофим смешался. С андроидами во время операций он сталкивался нечасто. Они стоили слишком дорого; подпольные производители делали их редко, предпочитали им куда более дешёвых и простых киборов.

С киборами было просто: они хоть и выглядели как люди, но, обладая лишь минимальной сенсорикой, вели себя как роботы. А вот андроиды совершенно не отличались от людей – ни по внешности, ни по поведению. На самом деле, без датчика и не определишь. Вот и сейчас, если бы Юля не сказала, он бы ни за что не догадался.

Внутренняя инструкция кибнадзора предельно чётко предписывала сдавать всех киборов переработчикам. Ворованным лицензированным киборам переработчики чистили память и снова выпускали их в продажу, нелицензированных же, если это было возможно, апгрейдили до стандартов ГОСТа, но куда чаще пускали на детали или просто утилизировали.

Юля – кибор. Пусть и дорогой, с полной сенсорикой и неотличимым от людей поведением – но кибор.

— Извини, Юля, у меня инструкция, — вздохнул Трофим.

Глаза девушки наполнились слезами, нижняя губа задрожала.

— Пожалуйста, — жалобно протянула она.

«Она – кибор», — напомнил себе капитан.

— Пожалуйста…

* * *

— Какая конспирация, — усмехнулась Сима, садясь за столик. – А почему здесь?

— Потому что я вроде как совершил должностное преступление и собираюсь попросить тебя о соучастии в сокрытии следов, так что приходится шифроваться, — полу-шуткой, полувсерьёз ответил Трофим.

— Ах, вот оно что, — улыбнулась девушка и поправила строгие очки. – А я-то подумала, что это свидание!

Трофим поднял на неё глаза, и Сима перестала улыбаться. С капитаном кибназдора Алеевым она была знакома давно; Трофим с Кириллом были старыми, ещё со школьных времён, друзьями. И ей нередко казалось, что Трофим испытывает в её присутствии некоторую неловкость. Так было и до того, как погиб Кирилл; так было и сейчас.

— Чем могу помочь? – серьёзно спросила Сима.

Она просто не представляла, что может сделать для Трофима. Сима была активисткой общественного киб-движения, призывающего к признанию за киборами хотя бы минимума прав и свобод. Трофим работал на кибнадзор — разыскивал подпольных производителей киборов и уничтожал их продукцию. Для Симы разницы между андроидами и людьми не было; для Трофима же киборы — всего лишь нелицензированный товар.

— У вашей организации есть какие-нибудь… не знаю… центры помощи, что ли?

— Для киборов? – уточнила Сима.

— Ну, не для людей же, — хмыкнул Трофим.

— Ты будешь удивлён, сколько людей мы спасаем вместе с киборами, — с горечью заметила девушка.

— Людей? Я думал, с тех пор, как стали выпускать андроидов…

— Во-первых, это ничем не лучше! — возмущённо перебила Сима. — Андроид – такой же человек, он чувствует и реагирует точно так же, как мы, а то, что он появился на свет немного иначе, чем мы с тобой, ничего не меняет! А, во-вторых…

— Знаю, знаю, — перебил Трофим, миролюбиво поднимая руки, – Я, вообще-то, не в том смысле спросил. Просто удивился, что на людей ещё есть спрос.

— А как же! – печально усмехнулась девушка. – Клиент всякий бывает. Тому, кому когда-то было хорошо и с резиновой куклой, теперь подавай кибора. Те, кто когда-то баловался с секс-роботами, теперь перешли на андроидов. А особо разборчивым по-прежнему нужен человек. И ведь не только в борделях – некоторым принципиально, чтобы в их особняке мыл туалеты и в их саду подстригал газоны именно человек, а не кибор. Уж не знаю, какое такое моральное удовлетворение они в этом находят. Так что, да, Трофим, вместе с киборами нам попадаются люди.

— Ну, а я не о людях. У меня тут появился один андроид, и мне надо что-то с ней сделать.

— Появился – в смысле, вы обнаружили её во время одной из ваших операций?

Трофим коротко кивнул.

Сима откинулась на спинку стула и прищурилась.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, но по вашей инструкции весь обнаруженный в ходе операции товар, хоть обычный кибор, хоть андроид, вы обязаны уничтожать.

— Сдавать переработчикам, — сухо поправил Трофим.

— Это одно и то же, — упрямо возразила Сима. — Вы сдаёте их переработчикам, а они их уничтожают.

— Не всегда, — перебил капитан.

— Но её ты не унич… не сдал, — закончила Сима и задумчиво уставилась на Трофима.

Сколько раз они сидели втроём за столом на кухне, она, Кирилл и Трофим, и сколько раз она запальчиво убеждала капитана, что киборы ничуть не хуже людей. А он неизменно отвечал: «Работа у меня такая, Симка. Вот когда прикажут защищать киборов, тогда я тут же начну».

И вот сейчас капитан кибнадзора, который ни разу – ни разу! – не согласился ни с одним её доводом, заявляет, что спрятал обнаруженного во время операции андроида, и просит её о помощи?

Симе нестерпимо хотелось это откомментировать, но, встретившись с прямым взглядом Трофима, она сказала только:

— Конечно, помогу. Приводи её ко мне.

* * *

Женька как раз уходил на занятия, когда столкнулся на лестнице с Аней. И хотя на площадке было темно, а Аня старательно опускала голову, он заметил синяки у неё на шее и, не позволив своей нерешительности снова заткнуть ему рот, выпалил:

— Аня, я могу вам чем-то помочь?

— Нет-нет, спасибо, у меня всё хорошо, — испуганно пробормотала она и торопливо прошмыгнула мимо Женьки в квартиру.

«С братом посоветуюсь», — решил Женька. Трофим был старше его на девять лет и работал в органах. Пусть и не в полиции, а кибнадзоре, но наверняка подскажет, что делать. А пока надо было торопиться на занятия. На прошлой неделе у них закончился цикл лекций по правовым аспектам киборологии, и теперь предстояла практика.

В холле центра социальной защиты киборов студентов ждала молодая женщина в брючном костюме и строгих очках.

— Добрый день! — громко поприветствовала она собравшихся. – Меня зовут Серафима Александровна, я – куратор этого центра. Весь семестр вы слушали теорию, но сегодня вы сами увидите, какую форму принимают проблемы, о которых вам говорили, в реальной жизни. У нас есть три занятия, и пройдут они следующим образом. На одном занятии вы осмотрите наш центр, познакомитесь с киборами, которых мы сумели выходить после жестокого обращения хозяев, и послушаете истории, которые, я уверена, не оставят вас равнодушными. Мы также посетим отделение переработки, где вы убедитесь, что с беспризорными киборами обращаются хуже, чем с бездомными животными. Наконец, мы с вами посетим кибор-торги, и вы увидите, что это ни что иное как самая настоящая работорговля. Кстати, сегодняшнее занятие пройдёт именно там. Я очень надеюсь, что после того, как вы пройдёте практику, вы поймёте, что киборы – это не только высочайшее достижение биотехнологий и биоинженерии, но ещё и живые существа, такие же, как и мы с вами, и что закон должен обеспечить им необходимую правовую защиту.

В ответ на слова Серафимы Александровны Женька только хмыкнул про себя. Да, он ничуть не сомневается, что люди могут обращаться с киборами чудовищным образом, и это, разумеется, неправильно. Но ведь точно также люди обращаются друг с другом. Так что если уж выбирать, пусть страдают киборы, они всё-таки не люди.

Однако, впервые оказавшись на кибор-торгах, Женька понял, что поторопился с выводами.

Огромный, разделённый на отсеки павильон, был переполнен киборами — на любой вкус и запрос. Здесь были примитивные модели, поведением похожие на самых первых роботов; созданные для тяжёлых работ, они не умели говорить, зато прекрасно выполняли команды. Здесь были киборы с базовой и расширенной сенсорикой; их охотно покупали для хозяйственных нужд, домашних дел, простых офисных заданий и присмотром за детьми.

Наконец, в отдельном углу продавали андроидов. Именно там Женьке пришлось снова и снова напоминать себе, что киборы – не люди. Потому что уж очень походили андроиды на людей, и видеть, как их рассматривают, выбирают и покупают, было как-то… неловко. Серафима Александровна не зря сравнила торги с рынком рабов.

— Перед вами — реальность положения андроида, — негромко заговорила Серафима Александровна, ведя группу студентов между рядами. – Они — такие же люди, как и мы, только нас создали в лаборатории природы, а их создали в лаборатории продукта природы – человека. Да, их реакции и чувства передаются не органическими клетками, а электронными заменителями. Но от этого их эмоции и переживания не становятся ненастоящими. Однако обращаются с ними хуже, чем с животными; у животных есть хотя бы закон о запрете на жестокое с ними обращение. У андроидов нет даже этого. Никому нет дела, если над ними будут издеваться или их убьют. Их продают и покупают, словно неодушевлённые вещи, и…

Серафима Александровна резко замолчала и замерла у одного из подиумов, на котором стоял андроид — мужчина тридцати с небольшим, среднего роста и самой обычной внешности.

Подскочил расторопный продавец и, с некоторым недоумением косясь на остановившуюся неподалёку группу студентов, затараторил:

— Девушка интересуется? Прекрасный выбор! Новый экземпляр, прежде не был в употреблении. Образованный, исполнительный, ответственный, с углубленным знанием экономики и бухучёта и эквивалентом кмс по плаванию. Должен признаться, иногда бывает немного чрезмерно уверен в себе, но это ведь только добавляет шарма личности, правда? Прекрасное чувство юмора, да. Пригодится как работник среднего звена любого офиса, но также прекрасно выполняет физическую работу. Сгодится и как учитель, и как садовник, и как… кхм… компаньон. Умеет водить машину и пользоваться компьютером…

— Как его зовут? – перебила побледневшая Серафима Александровна.

— Как зовут? – опешил продавец. – Да никак. Как захочет покупатель.

— Я куплю.

Женька тихо охнул вместе с остальными студентами.

Андроид на миг бросил мрачный взгляд на Серафиму Александровну и снова уставился прямо перед собой.

Продавец засуетился с кредиткой и чеками, затрещал о гарантии и об условиях возврата, поздравлял с удачной покупкой, но Серафима Александровна, похоже, ничего не замечала. Она не отрываясь смотрела на андроида.

Когда кибор спустился с подиума вниз и встал рядом с ней, Серафима Александровна повернулась к студентам и безжизненным голосом сообщила:

— На сегодня наше практическое занятие окончено, можете быть свободны.

Студенты направились к выходу, но Женька почему-то медлил. Должно было быть какое-то объяснение тому, что Серафима Александровна, клеймившая кибор-торги как работорговлю, только что купила себе андроида, и ему очень хотелось его получить.

Серафима Александровна осторожно взяла андроида за руку; тот хмуро глянул на неё и снова отвёл глаза.

— Меня зовут Сима, — сказала она, увлекая андоида к выходу. – А тебя?

— Как пожелаете, — равнодушно ответил тот.

— Тогда, если ты не против, — нерешительно начала Серафима Александровна, и её голос дрогнул, — Если ты не против, я буду звать тебя Кирилл.

* * *

— Добрый день, господа, — владелец клуба, подтянутый мужчина в стильном костюме, с татуировкой, выглядывающей из-под воротника рубашки, держался очень спокойно. — Вы к нам по работе или отдохнуть?

— Плановая проверка кибнадзора, — сухо отозвался Трофим, предъявляя ордер. – Нелицензированные киборы имеются?

— Ни одного.Все куплены на законных основаниях, на всех есть документация.

— Прекрасно, готовьте бумаги, а мы пока посмотрим ваших киборов.

Владелец клуба в сопровождении нескольких оперативников и специалиста по документации отправился в офис, а Трофим обернулся к сбившимся в углу сцены киборам.

Как и следовало ожидать от подобного заведения, все киборы оказались девушками — хорошенькие, стройные, ярко накрашенные, с минимумом одежды. Трофим присмотрелся и увидел в их глазах страх, волнение, настороженность, испуг и даже надежду. И понял — все они были андроидами. Чёрт возьми, какой состоятельный клуб!

И вот что забавно — до сих пор капитан почти не сталкивался с андроидами на операциях, а тут надо же – второй раз за одну неделю. И ему это не нравилось. Не нравилось иметь дело с андоидами, не нравились мысли, которые они у него вызывали. Не нравилось, что они слишком похожи на людей, и из-за этого грань, чётко отделявшая кибора от человека, расплывалась.

— Здесь все, или есть ещё кто-то? – негромко обратился он к блондинке в чём-то коротком, зелёном и блестящем.

Девушка затравленно взглянула на него. Метнула быстрый взгляд на охранников клуба – не смотрят ли? — неуверенно покосилась на стоявших рядом девушек и, наконец, шепнула:

— Есть. В комнате наверху. Их спрятали в шкафу с одеждой.

— Спасибо, — ответил Трофим и, дав знак одному из своих бойцов, собрался уже подняться по лестнице, но тут девушка неожиданно схватила его за руку и крепко её стиснула.

— Только, пожалуйста, хозяину не говорите, что это я вам сказала! – умоляюще протянула она.

В ярко накрашенных глазах светились страх и мольба, и вдруг вспомнился другой взгляд и другой голос, полный такого же ужаса, отчаянно, безнадёжно упрашивающий: «Только, пожалуйста, не отдавайте!»

— Не скажу, — коротко пообещал Трофим.

Капитан торопливо взбежал наверх и, подав ребятам сигнал проверить свободные комнаты по сторонам, сам направился в ту, что была прямо в конце коридора.

Распахивая двери шкафа, Трофим ожидал увидеть ещё одну девушку. Думал, если андроиды внизу были куплены у законных продавцов, то тут, скорее всего, будет кибор нелегальных производителей или ворованный кибор со стёртым серийным номером.

Он никак не ожидал увидеть двух крепко вцепившихся друг в друга девчонок лет восьми.

Трофим замер под испуганными взглядами двух пар детских глаз и почувствовал, как его неумолимо захлёстывает ярость.

Производство кибор-детей запрещено.

Могла быть только одна цель, ради которой подпольные производители создавали их для таких заведений, и от осознания этого Трофиму немедленно захотелось кого-нибудь убить.

Капитан медленно присел перед девчонками на корточки и попытался улыбнуться:

— Не бойтесь. Меня зовут Трофим, я из… я из полиции, — он осторожно протянул руку: — Давайте, я помогу вам выбраться.

Девочки тут же отпрянули назад.

Нет, через этот заслон так просто не пробиться – ни ему, ни любому другому из его отряда. Какая досада, что сегодня в их команде нет ни одной женщины!

— Олег! – позвал он одного из своих оперативников. – Приведи ко мне сюда ту блондинку в зелёном.

Девушка появилась буквально через минуту. Застыла в дверях, глядя на Трофима, сидевшего на корточках перед шкафом и так старавшегося не казаться опасным.

— Помоги, пожалуйста, — попросил её капитан. – Они, похоже, меня боятся.

— Не только вас, — отозвалась девушк и присела рядом.

— Леся, Наташа, всё хорошо. Это хорошие дяди. Они вас не тронут. Вылезайте и пойдёмте со мной. Сейчас вас отсюда увезут, и вы никогда больше сюда не вернётесь, — пообещала она и обернулась к Трофиму.

«Ведь не вернутся?» — молча спросила она.

«Не вернутся», — мрачно заверил капитан.

Девочки выбрались из шкафа и нерешительно посмотрели на девушку.

— Тётя Алиса, — тихо спросила одна, — А куда нас повезут?

Трофим почувствовал себя так, будто ему кто-то ударил под дых. Об этом он ещё не подумал, но ведь девочки – киборы. Значит, их нужно сдать переработчикам. А поскольку формально они – товар, запрещённый к обращению, то их должны будут утилизировать.

Девушка тоже это знала, но мужественно выжала из себя улыбку.

— Это очень хорошее место, вам там понравится, — заверила она.

— Тетя Алиса, а ты тоже с нами поедешь?

Девушка едва заметно вздронула. Да, она тоже отправится к переработчикам. Поскольку она произведена легально и по лицензии, причин её утилизировать нет. Скорее всего, ей просто почистят память и снова выпустят в оборот. И останется только надеяться, что следующий раз ей больше повезёт с покупателем. Впрочем, она так и так ничего не узнает – от её нынешней личности мало что останется. И, пожалуй, эта перспектива не намного лучше утилизации.

— Конечно, поеду, моя хорошая. Ну, всё, пойдём вниз.

Владелец клуба, увидев спускавшихся по лестнице девочек, проявил чрезвычайное хладнокровие– не пытался ни оправдываться, ни откупаться. А когда тяжело дышавший от душившей его ярости капитан остановился прямо перед ним, только спокойно спросил:

— Разве не гуманнее давать любителям маленьких девочек андроидов, а не настоящих детей?

Девчонки стояли у лестницы, прижавшись к Алисе, и мысль о какой-то там гуманности никак не желала укладываться у Трофима в голове.

— Мне нужно позвонить своему адвокату, — заявил владелец клуба.

— Звоните, — процедил капитан и обернулся к одному из своих ребят: — Заполняй постановление, мы закрываем заведение.

Началась привычная работа: акты и протоколы, осмотр и опись киборов, звонки начальству, полиции и переработчикам. Среди развернувшейся в клубе суеты взгляд Трофима то и дело останавливался на двух девочках, державших за руки Алисы; они испуганно оглядывались по сторонам и жались к девушке.

Капитан не выдержал и подошёл к ним.

— Вы как? – спросил он, понимая, как глупо звучит его вопрос, но так и не найдя более подходящих слов.

Алиса невесело усмехнулась, а потом спросила, указывая глазами на девочек:

— Неужели их?..

— Не знаю, — честно признался Трофим. С тех пор, как он обнаружил девочек, капитан только и делал, что думал о том же самом.

И ещё о том, что не надо было приводить девочек вниз. Нужно было оставить их наверху, позвонить Симе и тихонько, чтобы никто не стал свидетелем нарушения протокола, передать их ей.

Собственно, позвонить Симе можно и сейчас. Наплевать на все инструкции и просто не отдать девочек переработчикам. Потому что при мысли о том, что их ждёт, внутри всё восставало.

Сквозь окно Трофим увидел, как перед входом в здание затормозил автобус с логотипом перевёрнутого треугольника с руной внутри.

— Это за нами, да? – тихо спросила Алиса, хотя и так знала ответ. Всего лишь на миг в ярко накрашенных глазах мелькнул страх, а потом девушка храбро улыбнулась державщим её за руки девочкам: — Ну, всё, девчонки, это за нами. Поехали! – и повела их к выходу.

А Трофим смотрел ей вслед, буквально кожей ощущая, как упускает последние секунды, когда ещё можно что-то изменить.

* * *

Шум очередного скандала закончился громким хлопком двери.

Женька бросился к глазку и увидел, что Аня сидит прямо на голом полу, обхватив колени руками. Он тут же вылетел на площадку.

— Аня! С вами всё в порядке?

И тут же обругал себя за идиотский вопрос.

— Аня, пойдёмте ко мне домой.

Девушка только помотала головой.

— Вы что же, просидите здесь всю ночь? Ну, пойдёмте!

— Нет, — глухо ответила она. – Вдруг Денис выйдет, а меня тут нет.

— Аня, — беспомощно позвал он. – Аня… Вы же замёрзнете.

Девушка не ответила.

Женька поднялся, постоял несколько мгновений, глядя на Аню, а затем вынес тёплый плед, молча закутал в него девушку, зашёл к себе в квартиру и сел на пол в прихожей, прислонившись спиной к двери.

Откинул говову назад и подумал, что, может, ему стоило проявить настойчивость, а не отступать раз за разом, как он это делал до сих пор.

И снова, как уже происходило не раз, Женька собрался было выйти на площадку и поступить так, как ему казалось правильным.

И снова, как уже происходило не раз, он так ничего и не сделал, остановился, побоявшись, что может этим Ане навредить.

* * *

Утром Трофим первым делом рванул в кабинет к шефу, последними словами кляня себя за вчерашнюю нерешительность.

— Аркадий Семёныч, так нельзя! – выпалил он, врываясь к начальнику. – Мы не должны были сдавать девочек переработчикам! Да, я знаю, что формально они — запрещённый к обращению товар. Но они ведь дети! Пусть и киборы, но всё равно дети, а переработчики их…

— Зря кипешишься, Трофим, всё уже разрешилось, — бросил ему начальник, и капитан рухнул в кресло напротив стола шефа – опоздал! Хотя – а чего он хотел? Конечно, опоздал, он бы ещё с недельку попредавался сомнениям, прежде чем сделать хоть что-то!

— Привезли девчонок переработчикам, а те, представляешь, не смогли найти никаких следов производителя, — продолжил шеф. – Ни стёртых серийных номеров, ни фальшивых идентификаторов, ничего. Ну, и тогда-то они и провели сканирование. И знаешь, что выяснили? Что они вовсе и не андроиды, а люди.

— Как? – растерялся Трофим, а потом выпалил: — Да как это возможно?

— Как-как? Да вот так, — начальник развёл руками. – Тут уже понабежали всякие разные «-ологи» – криминологи, психологи, киборологи. Пока они ещё до чего-то договорятся! Но в одном они уже сошлись — девочкам с раннего детства внушали, что они – андроиды. Ребёнок же верит тому, что ему говорят взрослые. Вот и девочки росли в уверенности, что они – андроиды, что это – их жизнь, и другой у них быть не может.

Трофим схватился за голову.

Так это были дети? Настоящие, живые дети? Выращенные в убеждении, что они – киборы? И проданные в бордель? Продать детей в бордель – это само по себе отвратительно, но внушить им, что они, к тому же не люди?

Как только кажется, что хуже уже некуда, жизнь тут же показывает тебе, как ты ошибался…

Трофим вышел из кабинета, чувствуя себя полностью опустошённым. Ну, сумела наука делать живые организмы – ура ей! Научилась создавать кибернетический аналог человеческого мозга – трижды ура! Но зачем они вообще стали производить киборов? Чтобы сделать жизнь людей легче проще? Да чёрта с два! Пополнившись тысячами киборов и андроидов, и без того запутанная жизнь только обросла новыми проблемами.

А он крутится среди этих проблем, пытаясь поддерживать создать на своём крошечном участке видимость порядка, даже это у него не выходит. Сложно удержать порядок на своём пятачке, если весь мир вокруг в хаосе.

* * *

Сима догадывалась, как отреагирует Трофим. И когда он замер от неожиданности, войдя на кухню, она была к этому готова.

— Ты в своём уме? – тихо спросил капитан. – Ты понимаешь, что делаешь?

— Не очень, — честно призналась Сима.

Трофим сел на стол, рассматривая сидящего напротив него напряжённого, хмурого мужчину. Потом прикрыл глаза и потёр виски пальцами.

Всё было неправильно. В том, что ему давно нравилась жена друга – жена погибшего друга! – вообще не было ничего правильного, но это!

— Ты сделала его на заказ?

— Нет. Случайно увидела на торгах, и…

— Зачем?

Сима с отчаянием посмотрела сначала на Трофима, а потом – на сидевшего по другую сторону стола мужчину.

— Не знаю.

— Ты ведь понимаешь, что это не Кирилл.

— Конечно. Просто…

Трофим перехватил взгляд, который Сима бросила на андроида, внезапно представил себе, как она и этот кибор… И взорвался.

— Чёрт побери, надо ввести запрет на то, чтобы андроидов делали похожими на реально существующих людей!

— Во-первых, сходство явно случайное. А во-вторых, если уж и вводить запрет, так это на то, чтобы к ним относились как к неодушевлённым вещам! – запальчиво возразила Сима, с радостью уходя от темы на привычную для неё территорию.

— Ой, только вот не начинай, ладно? – Трофим поднялся из-за стола и заходил взад-вперёд по кухне, пытаясь взять себя в руки. – Всё это я от тебя уже слышал, и вообще мы не о том сейчас говорим! Мы говорим о тебе и об этом андроиде. Симка, самообман – это плохая идея! Я знаю, как ты любила Кирилла. Я как никто знаю, какое ты пережила горе, и как тяжело тебе было снова прийти в себя. Но ты смогла. А сейчас ты готова пустить все эти усилия прахом. Ты приковываешь себя к прошлому. Ты будешь жить с иллюзией и не обращать внимания на реальность.

«И никогда не заметишь меня», — добавил он про себя.

Сима потерянно уселась за стол и печально посмотрела сначала на андроида, а потом на капитана.

— Что мне теперь делать, Трофим?

— Сдай его, — немедленно предложил капитан и заметил, как внимательно прислушивающийся к их разговору андроид уставился в окно, и как желваки заиграли у него на скулах. – Сдай, у тебя же есть две недели на возврат с полной компенсацией.

— Но я не могу с ним так! Как с вещью!

Трофим очень хотел высказать всё, что он по этому поводу думает, но он сдержался.

— Что вы делаете с киборами вашего центра? Вот что вы, например, сделали с Юлей?

— С Юлей? – непонимающе переспросила Сима.

— Да, с Юлей. Ну, помнишь, я на днях просил тебя мне помочь.

— Ах, да, с Юлей, конечно, — девушка, наконец, сосредоточилась на его словах. – Мы провели с ней психическую реабилитацию и стали искать ей хозяина.

— Вы что, продаёте их, что ли?

— Нет, что ты! Скажем так — отдаём в хорошие руки. Финансирования у нас кот наплакал, так что, даже если бы мы и захотели содержать всех киборов, которые к нам попадают, у нас просто нет на это возможности. Мы их лечим, восстанавливаем – физически и морально, и пытаемся их как-то пристроить. А поскольку они не могут жить самостоятельной жизнью, приходится находить им новых хозяев.

Трофим понял, что никак не может определить своё отношение к услышанному. Нет, всё понятно, центр не может постоянно содержать попавших к ним киборов, он должен их как-то устраивать. И — да, киборы не могут жить отдельно и самостоятельно, как люди, ведь по закону они – вещи. Вещи не живут самостоятельно, они должны кому-то принадлежать – как автомобили или компьютеры. А то, что эти вещи – разумны, ничего не меняет. Хотя всё осложняет.

— И кому вы отдали Юлю? – спросил он, внезапно вспомнив затравленный взгляд и умоляющий голос, просивший его: «Пожалуйста…»

— Одному бизнесмену. У него жена беременна, Юля будет составлять ей компанию, пока не родится ребёнок, а потом станет няней и вообще помощницей по дому.

— А вы проверили его историю, прежде чем её отдать?

— Трофим, ну, как ты себе это представляешь? У нас практически нет финансирования, у нас работают волонтёры, мы занимаемся делом, которое никому не нужно кроме таких же энтузиастов, как мы. Поверь, я бы очень хотела проверить его историю, но у меня просто нет возможности. Лучшее, что я могу сделать – это поговорить с потенциальным хозяином. Если мне кажется, что он врёт, если он производит на меня плохое впечатление, я ему отказываю. Но я не могу сделать ничего больше до тех пор, пока в обществе не изменится отношение к киборам.

— Зато я могу, — решительно заявил Трофим, удивляясь собственному порыву, и спросил: — У тебя ведь есть его данные?

— Чьи?

— Нового хозяина Юли.

— Есть.

— Давай.

Сима ушла за ноутбуком, и на какое-то время капитан остался на кухне один, мрачно констатируя про себя, что теперь, когда он над этим задумался, ему хочется узнать, как всё устроилось, не только у Юли, но и у той блондинки из клуба, Алисы.

— Она нравится вам?

— Кто? – вздрогнул от неожиданности Трофим; он почти забыл, что вместе с ним на кухне остался андроид. – Юля?

— Нет. Сима.

— Она – жена моего друга, я знаю её много лет, — сухо ответил Трофим. – Я за неё беспокоюсь.

— Беспокоитесь вы за Юлю, — уверенно поправил его андроид. Чёрт побери, у него и голос был похож на голос Кирилла!

— Да, беспокоюсь, — раздражённо ответил он и потом зачем-то добавил: — Я её вроде как… Ну, не то, чтобы спас, но… — Трофим плюнул на попытки подобрать нужные слова — зачем он вообще пытается чего-то объяснить? И кому? Андроиду!

— И за Симу вы тоже беспокоитесь, — всё так же уверенно продолжил андроид. – Считаете, что она сделала ошибку, купив меня, потому что я похож на её погибшего мужа. Злитесь, потому что теперь, когда я здесь, ваши шансы на то, что она ответит вам взаимностью, уменьшаются.

— Слушай, ты, психоаналитик недоделанный! – рявкнул было Трофим, но тут в кухне показалась Сима.

— Скинула тебе на мейл, сейчас получишь.

— Спасибо, — проворчал капитан. – Погоди секундочку, сейчас перешлю это своим ребятам на проверку, ладно?

— А она тебе нравится, да? – вдруг спросила Сима.

Ещё одна!

Трофим мог поклясться, что этот чёртов андроид ухмылялся, но когда он метнул на него взгляд, выражение лица кибора было непроницаемым.

— Но в этом нет ничего плохого, — спокойно продолжила Сима. – А если тебе и кажется это неправильным, так это просто предрассудки, которые общество со временем преодолеет. Вспомни, когда-то испытывать симпатию к человеку другой расы тоже считалось предосудительным.

— Я просто за неё беспокоюсь…

— Конечно, беспокоишься. Ты же её, по сути, спас от смерти, хотя должен был сдать переработчикам. Вполне естественно, что теперь чувствуешь себя за неё в ответе.

— Что-то вроде того, — неохотно сдался Трофим.

Взгляд Симы внезапно потеплел.

— Раз ты понимаешь это, может, теперь ты поймёшь и меня.

— Пойму, почему ты его купила? – кивнул Трофим на андроида. – Я думал, ты и сама не очень-то это понимаешь.

— Нет, не это. Поймёшь, почему я делаю то, что делаю. Трофим, мы в ответе не только за тех, кого мы спасли — или приручили. Мы в ответе ещё их за тех, кого мы создали, понимаешь?

Трофим некоторое время молчал, глядя на Симу, а потом, вспомнив, как задавал себе этот вопрос сегодня утром, когда узнал, что девчонки-андроиды оказались настоящими людьми, спросил:

— Зачем мы вообще их создали, а, Симка?

Он увидел, как андроид подался вперёд всем телом, жадно ожидая ответа.

Улыбка сбежала с лица девушки. Она как-то потерянно пожала плечами и сказала:

— Наверное, просто потому, что могли.

— И всё? – вырвалось у сидевшего за столом мужчины.

Трофим встретил его взгляд – и неожиданно всей душой посочувствовал ему. И сказал, то ли Симе, то ли… Кириллу:

— Доведись мне задать этот вопрос Создателю, не хотел бы я услышать от него такой же ответ.

* * *

На этот раз сосед выкинул Аню на лестничную площадку почти раздетой.

И на этот раз Женька не слушал слабых возражений Ани. Он поднял её на руки, занёс в квартиру, бережно уложил на диван и накрыл пледом. Денис может делать, что хочет, но Аню он ему не отдаст – и всё тут!

Когда девушка, наконец, уснула, Женька ещё долго сидел на полу около дивана, легко гладя её по руке, по пятнам синяков на запястьях, и в голову лезли всякие глупости. Он уговорит Аню на развод. Найдёт себе работу. Да хоть в том же зале, где он занимается. У него разряд и чёрный пояс, он вполне может стать тренером и учить новичков. Если придётся, перейдёт на заочный и доучится оставшиеся три года так. Снимет квартиру, и они съедут отсюда. Да, он младше её на несколько лет, и она, наверное, не воспринимает его всерьёз, но он будет пахать, он будет стараться, он всё на свете сделает ради Ани. И никогда, ни за что на свете ей не придётся больше испытывать то, что она терпит со своим мужем.

— Ты не подъедешь, а? – позвонил он Трофиму, убедившись, что девушка крепко спит. – У меня проблема, очень нужна твоя помощь…

Брат приехал через час. Расстроенный, взвинченный, хмурый и напряжённый. Женька даже подумал, что сейчас не лучший момент нагружать его своими проблемами, но было поздно – Трофим уже увидел спящую на диване Аню.

— Это и есть твоя проблема? – тихо спросил он, проходя на кухню и плотно закрывая за собой дверь, чтобы не разбудить девушку.

— Да, — подтвердил Женька и с облегчением рассказал Трофиму всё: про скандалы и про синяки, про то, как Аня ночевала на лестничной площадке, какая она милая и волшебная, как он ни за что не отпустит её обратно к соседу, как устроится на работу и перейдёт на заочный и как горы свернёт ради неё.

Брат выслушал его очень внимательно и удивил Женьку, спросив только:

— Ну, а от меня-то тебе что нужно? Ты ведь и так уже всё решил.

Женька даже растерялся. «А ведь и правда, я наконец-то принял решение!»

Поднял глаза на Трофима.

— Если бы я надумал совершить полную глупость, ты бы ведь мне сказал, правда?

— Тебе Аня действительно так важна? – спросил брат в ответ.

— Да.

— Тогда ты всё решил правильно.

Трофим остался ночевать, устроившись на узком диване на кухне, а Женька скорчился в кресле в зале.

Его разбудил бешеный стук в дверь.

Женька глянул на часы. Шесть утра.

Аня испуганно подскочила на диване и затравленно вжалась в самый угол. Из кухни уже выходил Трофим.

— Аня, не беспокойся, я всё решу, — выпалил Женька, стоя в дверях комнаты. – Я… Ань, я всё для тебя сделаю, слышишь? Ты веришь мне?

Ему показалось, что он увидел в глазах Ани робкий намёк на надежду, и Женька решительно вышел в коридор, чувствуя себя как никогда сильным и правым. И готовым отстаивать своё до конца.

— Она у тебя, — агрессивно заявил дышащий перегаром Денис.

— Да.

Сосед попытался протолкнуться мимо Женьки и пройти в квартиру, но тот и не подумал отходить.

— Слушай, парень, давай лучше по-хорошему. Нюська! – повысил Денис голос. – А ну, иди сюда! Быстро!

Аня немедленно показалась в коридоре.

— Аня, тебе не надо к нему возвращаться, слышишь? – как можно более убедительно сказал Женька. – Оставайся здесь, и он тебя больше и пальцем не тронет! Обещаю!

— Пацан, ты дурак? – выкрикнул Денис. – Она – моя! Или схлопотать хочешь?

Наверное, это выглядело нелепо – низкий, плюгавый Денис в вытянутых трениках и тельняшке, угрожающий возвышающемуся над ним на голову крепкому и спортивному парню.

— Жена – это собственность, — парировал Женька.

— А она – собственность! — даже немного хвастливо заявил сосед. – Она – андроид. Мне её подарили. Два года назад на день рождения. Могу документы показать.

Андроид?!

Женька растерянно оглянулся на Аню. Как же так? Он же думал… А она…

Несколько долгих мгновений Аня смотрела на Женьку, словно ожидая чего-то, на что-то надеясь….

А потом, опустив голову, тихо и безропотно направилась к Денису.

По прежнему стоявший в дверях кухни Трофим ухватил её за руку, удерживая. Он не собирался вмешиваться. Но он также знал, что иногда, чтобы принять правильное решение, не хватает всего нескольких мгновений. И хотел дать их брату.

Женька оглянулся на Трофима. Тот стоял, прислонившись плечом к косяку кухонной двери, крепко держал Аню за руку, и его лицо было совершенно непроницаемым.

— Ну, что, съел? – довольно выкрикнул сосед. – Кибор она. Мой кибор. И я могу делать с ней всё, что захочу, понял? Так что всё, отдавай мне моё имущество, слышишь?

Наверное, Женька слышал. Но не слушал. Он смотрел в глаза Ани, видел в них обречённость и почти погасшую надежду, и медленно осознавал, что он по-прежнему готов ради неё на всё. И то, что она – андроид, никак не влияет на его чувства. Просто… просто ему потребовалось несколько мгновений, чтобы это понять.

— Ну? – нетерпеливо осведомился сосед, и Женька медленно к нему повернулся.

Наверное, было в его взгляде что-то такое, что проникло даже сквозь похмельное марево – Денис попятился и вскинул руки:

— Эй-эй, парень, ты чё?

Женька резко ухватил Дениса за грудки, легко приподнял и несколько долгих мгновений словно боролся сам с собой, не в силах решить, что же ему сделать. Наконец, он перенёс соседа через порог и аккуратно поставил на ноги. Медленно разжал ладони, и твёрдо, чеканя каждое слово, произнёс:

— Ещё. Только. Раз!

И захлопнул дверь.

* * *

Несмотря на то, что он почти не спал ночью, а последние дни выдались просто безумными, Трофим вышел от брата бодрым и полным сил и энергии. На душе отчего-то было легко и светло, а новый день, пока ещё только намечающийся в густых утренних сумерках, словно обещал что-то хорошее. Да, мир вокруг погряз в проблемах; потребуются годы, десятилетия, чтобы в них разобраться, и впереди у них – долгий и трудный путь. Но сегодня утром Трофиму почему-то казалось, что не всё так безнадёжно.

Смартфон завибрировал, сообщая о том, что пришло новое сообщение.

Трофим глянул на экран – ему прислали информацию на нового владельца Юли. Капитан открыл приложение и начал листать.

Кравцов Сергей Николаевич, тридцать семь лет, родился – учился – проживает по адресу… Так, пока всё прекрасно. Не привлекался – не имеет — не женат — владелец сети ресторанов… Стоп! Как это – не женат? Симе он сказал, что у него жена беременна…

Трофим торопливо пролистал отчёт дальше. Может, он просто живёт с кем-то гражданским браком, но формально они не расписаны? Нет, живёт один. До недавнего времени снимал квартиру для любовницы, но они недавно расстались. Детей от предыдущих связей нет…

Капитан невесело ухмыльнулся. И рад бы он поверить в доброе и светлое и в то, что всё может хорошо кончаться – да вот жизнь не даёт!

Трофим набрал номер отделения и коротко сообщил дежурному:

— Пробей мне ордер на имя Кравцова Сергея Николаевича и собирай ребят, через полчаса выезжаем.

Убрал телефон в карман, сел в машину и торопливо рванул с места.

Ему предстоял долгий день.

Реклама

11 комментариев в “Марина Ясинская. Не в ответе за тех

  1. Роскошный рассказ.
    Люблю такое.
    И Денису этому сволочному правильно в морду дали, и долг у Трофима правильный, хороший такой долг, не завидую брехливому бизнесмену
    И у Симы все будет хорошо с новым купленным Кириллом. Ну или не с Кириллом, а с Трофимом. Или не будет, это ведь не так уж и важно – главное, что они живут, дышат, они все – живые, им веришь.
    Язык 3
    Герои 3
    Идея 3
    Бонус за точное попадание в тему

    • Ну, что на такой отзыв можно сказать в ответ? Только огромное спасибо! Я бесконечно рада, что для вас рассказ прозвучал именно так, как я задумывала и надеялась.

  2. Идея интересная и добрая вроде бы: свободу выбора созданиям нашим андроидам, да? Но вот незадача, если затрачивают немалые ресурсы на производсто роботов, их всё равно будут продавать, или перестанут производить. Кто будет работать в убыток? И вот ещё какая закавыка получается: если Сима купила себе заменитель Кирилла, Трофим может заказать двойник Симы. И Женя тоже может жить с Аней, только детей им по чертежам заказывать придётся. Или обществу человекодроидов дети не нужны? Нет удобно, конечно – вечно молодая жена или муж, а если сломается отапгрейдить можно, только вот что делать с продолжением рода человеческого? У меня впечатление двойственное, если честно. Хотя написано внятно, герои живые им веришь, если не задумываться особо.
    пытаясь поддерживать создать на своём крошечном участке видимость порядка, Так поддерживать или создать?
    Итого: идея – 2, герои – 3, стиль и язык – 3.
    Оценка: 8

    • Те вопросы, которые у вас вызвал рассказ, а также их количество — это для меня лучшая похвала. Настоящая наша жизнь очень сложна и запутана, и мы часто сталкиваемся с неодннозначными, трудными ситуациями. И мне очень приятно, что выдуманный мной мир тоже вышел сложным и запутанным. Значит, он получился живым ))

      • Эти вопросы возникают у читателя, когда автор чиркнул по поверхности проблемы, а углубляться в неё поленился. В рассказе сложности жизни нет, рассказ утверждает — андроидам равные права и давайте жить с андроидами. Человеку свойственно идти по линии наименьшего сопротивления, как сделала ваша героиня, взяла и купила похожего на умершего мужа андроида. Скажете, он правда заменит Кирилла? Никогда. Подействует, как анаболик — да, временно, но не заменит. Это все равно, что напиться вдрызг вместо того, чтобы переживать или решать ту или иную проблему. Некто иной с лицом любимого мужа, пусть и очень хороший, но другой… Если все будут сожительствовать с андроидами, человечество тихонечко вымрет и, как говорится, настанут иные времена. Я не говорю, что андроидов надо заковать в цепи и относиться к ним, как к рабам, я говорю, что решение данной проблемы гораздо сложнее, чем здесь показано.

  3. Прочитал с интересом… Актуально… Мне вот неясно — испытывают ли андроиды эмоции, могут ли любить и ненавидеть? Чувствуют ли они боль? Если ДА, то утилизация вызывает протест.

    • Полагаю, это моветон — цитировать из своего же рассказа :), но просто ответ на ваш вопрос как раз там, с словах Симы: «Они — такие же люди, как и мы, только нас создали в лаборатории природы, а их создали в лаборатории продукта природы – человека. Да, их реакции и чувства передаются не органическими клетками, а электронными заменителями. Но от этого их эмоции и переживания не становятся ненастоящими.» Так что — да, всё они чувствуют.
      Спасибо за отзыв!

  4. Проблема, которую нам уже пора начинать решать. Актуальная проблема.

    Помню в ютубе какие-то соревнования, типа «кто дальше швырнёт ноутбук» — и осколки и крошки летящих «умных машин». Варварство, непредставимое фантастам 19 века.
    А сейчас можно уже представить и андроидов, сделанных специально для игры «Охота на людей» — или любое из названий популярных стрелялок. Да, это будет стоить бешеных денег. Но людям всё равно некуда эти деньги девать — заплатят.

    В общем, хороший рассказ. Из недостатков я бы назвала искусственное перемешивание двух сюжетных веток — которые до самого конца выглядят слишком разрозненно, затрудняя восприятие.

    Оценка — 10

  5. Всё хорошо… но вот рассказа нет. Есть история, есть живой мир. Есть набор грамотно и красиво сделанных эпизодов. Но в единую историю (целостную), от начала и до конца они не складываются. И финала тоже нет — ни логического, ни эмоционального. Потому что вышел не «открытый конец», а просто буквы у автора закончились

  6. Прекрасный, вдумчивый и живой рассказ. Проблематика хоть и не нова, но актуальна. Где грань между андроидами и людьми? Каким будет социум, когда роботы станут настолько совершенными, что станут неотличимы от людей? Хорошие герои, интересные ситуации, в которые автор этих героев ставит. Радует и какая-то светлая атмосфера рассказа, несмотря на все превратности сюжета. Также радует, что автор не боится касаться тем вроде проституции и педофилии.
    Читается легко, проблем с языком не нашел.

    10

  7. Мир описан очень подробно, краски яркие и заманчивые.
    Придирка: в середине обвинительной лекции про восприятие андроидов как неодушевленных существ, героиня, воплощающая идеалы гуманизма, замирает… и покупает существо, которое напомнило ей мужа. Логики, на мой взгляд, нет. Она — по причине внешнего сходства, которое вовсе не подразумевает сходства внутреннего — поддалась капризу и поступила с образом любимого мужа, как с игрушкой, — хочу и покупаю, а что дальше с ним делать, без понятия. И действительно, в сюжете совершенно не указано, помог ей этот андроид или нет. По-моему, так он только помешал ее возможным отношениям с реальным человеком, Тимофеем.
    Не надо кидать в меня тапками, но ценность человеческой жизни в ее оригинальности и легкой утрате. Человек если умирает, то его повторить невозможно. Если произведен андроид, то логически вытекает возможность его создания заново в точности таким же. Это уменьшает его ценность как личности. Сюда же и возможность программирования.
    В любом случае, спасибо за глубоко поставленный вопрос.
    Стиль и язык — 3. Герои — 2. Идея — 3.
    Бонус за девочек, которым внушали, что они андроиды. Настолько подлый прием, что даже вызывает восхищение.
    Итого: 9.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s