Юрий Ванеев. Человеческий фактор

   Генерал дождался, когда последний член экипажа, вошедший в его кабинет, сядет, и только тогда начал говорить:

   — Новый корабль освоили, понравился не только вам, и пора использовать его по полной программе. Полетите к Солнцу. Пришло время заняться изучением светила вблизи. Не скоро оно погаснет, но когда-нибудь прикажет долго жить. Нужно узнать конкретные сроки катастрофы и предотвратить её. Амбициозная задача, но выполнима ли? Не знаю. Двое учёных полетят с вами, чтобы определиться с дровами, какие можно подкинуть в костёр.

   Хозяин кабинета оглядел присутствующих, убедился, что полностью завладел вниманием людей, и перешёл к сути:

   — Корабль ваш специально оборудован и покрыт тугоплавким сплавом. Датчики сообщат, когда подберётесь к критической температуре. Зависните тогда и выпустите пару ракет-зондов. Особая аппаратура на борту и зонды выполнят свою задачу, пока последние не испарятся. Следить за ними не ваша забота будет, а двух специалистов из научно-исследовательского института.

   Сейчас собирают пятый корабль и ещё построят. Придётся искать другую солнечную систему на всякий случай. Говорят, что времени много, но соломку подстелить не помешает.

   — А как же командир? – вклинился кто-то в паузу.

   Генерал сморщился как от зубной боли, но ответил:

   — В кому его ввели, пока клоны пострадавших органов вырастят. Заменят, но вы уже далеко будете. Это же надо умудриться попасть в аварию на автомобиле! Не останетесь без командира, не беспокойтесь. Знаете его  –  старший лейтенант Сергеев. Приказ о присвоении ему очередного звания и переводе на ваш корабль уже подписан.

   — А наш командир вернётся потом? – спросил уже кто-то другой.

   — Будет день, и будет пища. Дожить до этого времени нужно.

   Старший офицер не сообщил ничего нового, но так повелось – провожать космонавтов в долгий рейс напутствием. А корабль действительно оказался необыкновенным. Он развивал скорость огромную по сравнению со старыми летательными аппаратами, пусть и мизерную долю от скорости света, но уже не километры в час.

   Последнее слово техники имело такие большие габариты и вес, что собирать всю серию пришлось на орбите. Узлы доставляли на околоземную станцию, и уже там несколько бригад  посменно состыковывали их. Работы велись круглосуточно даже сейчас, когда компоновали далеко не первое изделие.

   Новые корабли не садились на планеты, лишь курсировали между ними, но доставить могли два десятка челноков и даже несколько транспортных средств предыдущего поколения, и уже те с орбиты перелетали на небесное тело.

   Полёт прошёл без происшествий, если не считать нескольких виражей при уклонении от летящих навстречу метеоритных потоков. К назначенному месту из-за этого опоздали на двое суток, но недоволен был лишь генерал, который всегда настаивал на неукоснительном выполнении полётного задания – это дисциплинирует. На его ворчание с Земли никто не обратил внимания.

   Командир своевременно скорректировал программу, заставив корабль лететь не к Солнцу, а вдоль него, мимо, но сближаясь. Вдруг появившееся необоснованное чувство тревоги заставило его затормозить летательный аппарат и зависнуть, не дожидаясь повышения температуры до контрольной. Интуиция не обманула: корабль потащило в пекло.

   Экипаж по тревоге включил форсаж и запустил в помощь маршевым двигателям швартовочные. Падение замедлилось, но продолжилось. Командир приказал выпустить зонды, сбросить челноки и выбросить всё, без чего можно обойтись.

   Через двадцать минут всё лишнее улетело за борт, но на экране монитора спираль, прогнозирующая полёт, лишь немного изменила форму и всё равно нижним концом уткнулась в изображение сгустка плазмы.

   Люди собрались в рубке и смотрели на экран.

   — Мы сделали всё возможное, — сообщил капитан. – Есть ещё минут десять, чтобы подумать. Проститься, если хотите, потому что потом взорвёмся.

   Известие, что экспедиция погибла, моментально распространилось. Причину не разглашали, так как члены комиссии сомневались в ней, и велось расследование.

   Бывший командир корабля собирал информацию по крупицам и страдал от угрызений совести. Он уже научился ходить на обновлённых ногах, перестал пользоваться костылями, но всё ещё ходил с тростью. Капитан подумал, что имеет право услышать о катастрофе из первых уст, и отправился к генералу.

   Адъютант сообщил начальнику о визите, и тот принял офицера.

   — Форс-мажорные обстоятельства? – спросил с порога мужчина, забыв о субординации.

   — Нет! — ответил генерал. – Человеческий фактор! Как по-другому такое назвать, если люди практически запланировали гибель корабля?!

   — Сергеев?

   — Он сделал всё необходимое в той ситуации. На Земле опростоволосились. Солнце в триста тридцать три тысячи раз тяжелее нашей планеты, но газообразное. Никто не задумался, что при подлёте критичной окажется сила притяжения из-за этого, а не повышенная температура. Кораблю не хватило мощности вырваться из добровольного плена!

   Мужчины замолчали, потому что обоим сказать больше нечего было.

   Капитан посмотрел на генерала. Тот жевал губы, а глаза повлажнели. Старший офицер махнул рукой, выпроваживая подчинённого, и полез в карман за платком. Уже в дверях его голос настиг капитана:

   — Этот корабль готовился специально для полёта к Солнцу. На нём усилили защиту от избыточной радиации, аномально крупных магнитных бурь и даже протуберанцев. От случайных выбросов ожидали повышения температуры корабля, а оказалось, своей массой они резко увеличивают силу притяжения в месте возникновения. Огромный протуберанец чуть больше Земли просто-напросто вытянул корабль из космоса. Экипажу не повезло, что нарвались на него, и что дома не предвидели такого поворота событий. Люди несколько минут стояли в рубке и молчали, пока не пропала связь! А летательный аппарат в это время до последней секунды передавал данные с зондов и бортовой аппаратуры!

   — Ну да, — сказал капитан, как подвёл итог, — своеобразное разделение труда получилось: одни ошиблись, а другие погибли из-за этого.

   Он закрыл за собой дверь и тут же пожалел о сказанном: генералу и без того было плохо.

   Через два дня старший офицер сам вызвал капитана. Взыграло любопытство, но спросить о причине не посмел. Встретил его адъютант. Что-то в предбаннике, как называли приёмную комнату посетители, насторожило. Офицер осмотрелся и понял: таким чистым это помещение никогда ещё не видел, и даже единственный письменный стол оказался необычно пустым.

   — Генерал подал рапорт об отставке, её приняли, а у новой метлы и совок будет новым, — объяснил всё адъютант, проследивший за взглядом капитана. — Пакет для вас оставил генерал с копией последнего его приказа. Сформировали экипаж пятого корабля, и вы назначены командиром.

   — Стрелочником его сделали?

   — Сам так решил. В институте перестановки похлеще нашей начались. Приборы на кораблях теперь установят, чтобы указывали, на какую планету в экстренных случаях садиться можно, а с какой уже не подняться будет. Зря вините себя. На вашем месте, капитан, я бы нашёл того мужика, что пытался проскочить перекрёсток на красный свет, и бутылку коньяка ему поставил. Вот уж действительно: не было бы счастья, да несчастье помогло.

   — Человеческий фактор.

   — Что? – не понял адъютант.

   — И тут человеческий фактор! — повторил капитан. – Эта штука будет существовать ровно столько, сколько будут жить люди. Почему это словосочетание имеет всегда негативный оттенок?

   Он посмотрел в лицо мужчине и догадался, что ещё больше запутал его. Объяснять не стал, ушёл, но не смог уйти просто так, обернулся и сказал:

   — Коллеги мои стояли и ждали смерти, а в это время аппаратура исправно передавала результаты их работы.  А тут присутствует человеческий фактор?

   Капитан спросил и сам не понял: он объяснял что-то этим, в общем-то, постороннему для него человеку или доказывал себе?

   Он ушёл, и оба мужчины задумались над сказанным.

Реклама

10 comments on “Юрий Ванеев. Человеческий фактор

  1. Такая досада!
    Что же они сразу-то про прибор не подумали, бестолочи! Человеческая самонадеянность — хуже всего. Надо было, при подлёте, хоть камень какой-нибудь кинуть для проверки силы притяжения, либо трос натянуть для страховки. Погибли люди ни за что! Ни дров не подкинули, ни соломку не подстелили! Капитан, ещё, этот… Ходит теперь как неприкаянный, путает только всех зазря!

  2. язык средний. грамотность тоже — возможно, благодаря преобладанию коротких предложений. там, где преложения чуть длиннее — они. как праило, довольно корявы. Стилистика неоднородная, местами вполне, а местами просто ужасна. Невнятные намеки, неверный порядок слов, логические провисания, нелогичное поведение героев, довольно беспомощно оформленная научная основа.
    единичка.

    герои — картонные. говорят все одним языком. Причем все — с прибаутками и инверсией. если бы разделить — прибаутки одному персонажу, инверсию другому… а так — ноль.

    идея — ошибаются одни, умирают другие. Сильная. но реализована не очень. Поэтому два из трех.

    минус за псевдонаучную корявость — пусть научная подоплека будет совершено ненаучной, но она хотя бы выглядеть должна убедево. А здесь как раз этого нет.

    ну и по стилистике

    полетят с вами, чтобы определиться с дровами

    паразитная рифма

    покрыт тугоплавким сплавом

    намазан жиромасляным маслом

    Следить за ними не ваша забота будет, а двух специалистов из научно-исследовательского института

    Корявоватая состыковка, но можно списать на косноязычие генерала, который старый солдат и не знает слов))))))

    Сейчас собирают пятый корабль(,) и ещё построят

    Пропущена запятая

    вклинился кто-то в паузу.
    спросил уже кто-то другой.
    Что-то в предбаннике

    Неопределенности говорят о нежелании автора подбирать точный эпитет

    Дожить до этого времени нужно.
    Следить за ними не ваша забота будет, а двух специалистов

    Инверсия. (неверное расположение слов) она повсеместна по тексту, потому далее выделять не буду. на будущее – последнее слов в предложении или перед запятой всегда ударное. Оно подчеркивается, на него идет смысловая нагрузка. Тут надо бы подчеркнуть по смыслу ВАША – а подчеркивание идет на БУДЕТ, и на НУЖНО вместо ДОЖИТЬ

    Полёт прошёл без происшествий, если не считать нескольких виражей при уклонении от летящих навстречу метеоритных потоков

    Насколько я понимаю – они летят к Солнцу от Земли? Тогда какие метеоритные потоки? На внутренних орбитах и вообще пустовато, а чем ближе к светилу, тем пустынней – там солнечный ветер давно уже все вычистил. Да и метеоритами они называютс, когда уже в атмосферу попадают, до этого – астероиды.

    Вдруг появившееся необоснованное чувство тревоги заставило его затормозить летательный аппарат и зависнуть, не дожидаясь повышения температуры до контрольной. Интуиция не обманула: корабль потащило в пекло.

    Долго пыталась понять суть происходящего, но так и не смогла. Во-первых, чтобы остановиться и зависнуть в определенной точке космоса, надо потратить такую уйму энергии, что это просто не оправдано. Куда проще выйти на стабильную орбиту, что обычно и делают. Поэтому понятно, что ои летели не на солнце – зачем именно на него лететь, когда надо выйти на орбиту? Как раз чуть мимо и выходит. И совершенно уж непонятно, че это их вдруг за какая такая гравитационная аномалия схватила и потащила

    Известие, что экспедиция погибла, моментально распространилось. Причину не разглашали, так как члены комиссии сомневались в ней, и велось расследование.

    Так что – причина аномалии уже известна? Изх текста неясно

    Он уже научился ходить на обновлённых ногах, перестал пользоваться костылями, но всё ещё ходил с тростью

    Уже, еще, прямой повтор

    Адъютант сообщил начальнику о визите, и тот принял офицера.

    Получается, что принял визит. И сообщил не о визите, а о визитере. Ведь визита могло и не состояться, если бы генерал не принял

    Солнце в триста тридцать три тысячи раз тяжелее нашей планеты, но газообразное. Никто не задумался, что при подлёте критичной окажется сила притяжения из-за этого, а не повышенная температура. Кораблю не хватило мощности вырваться из добровольного плена!

    Очень корявая попытка объяснения того, что вблизи от гигантской звездной массы перестает действовать ньютонова физика и приходится вводить коррекции по Эйнштейну, а там ошибиться – как два пальца. и почему вдруг плен — добровольный?

    А летательный аппарат в это время до последней секунды передавал данные с зондов и бортовой аппаратуры!

    Генерал космонавтики никогда не назовет космический корабль летательным аппаратом. Хотя бы потому, то в космосе не летают.

    Огромный протуберанец чуть больше Земли просто-напросто вытянул корабль из космоса.

    Коряво звучит. Чуть больше Земли – дает сразу на уменьшение отсылку, а по действию тут скорее не вытянул, а слизнул.

    Пакет для вас оставил генерал с копией последнего его приказа

    Сильно царапает инверсия. Получается что приказ конверта.

    Приборы на кораблях теперь установят, чтобы указывали, на какую планету в экстренных случаях садиться можно, а с какой уже не подняться будет.

    А вот в то. Что таких расчетов и таких приборов не было изначально – простите, не верю и не поверю никогда. Ибо это – первое. О чем стоит подумать

    Эта штука будет существовать ровно столько, сколько будут жить люди. Почему это словосочетание имеет всегда негативный оттенок?

    Повтор. Почему негативный? Просто законы Мерфи-Паркинсона.

    Он посмотрел в лицо мужчине и догадался, что ещё больше запутал его. Объяснять не стал, ушёл, но не смог уйти просто так, обернулся и сказал:
    — Коллеги мои стояли и ждали смерти, а в это время аппаратура исправно передавала результаты их работы. А тут присутствует человеческий фактор?

    Полагаю, что нет – ибо они ничего не делали.

    Да и вообще человеческого фактора не особо видно
    Вот когда спутник падает на взлете оттого. Что нанятый по дешевке гастарбайтер залил десяток-другой лишних тонн топлива, воврем не отключив насос – это человеческий фактор. И таких факторов много, даже выдумывать не надо. А тут как-то притянуто все.

    • «Да и метеоритами онит называютс, когда уже в атмосферу попадают, до этого – астероиды.»
      До этого они называются метеороидами.

      • че, правда что ли?
        вот интересно, я все время думала — а почему тогда защита называется противометеоритной? и атака — тоже? в смысле, не противо, но таки вполне метеоритной?

        • Потому что метеорит и метеоритная — проще, короче и понятнее. Наверное. А также от сугубой грамотности сочинителей.
          Во всяком случае, мелкой космический объект, который, попадая в атмосферу, становится метеором, называется метеороидом. А астероид в ней (атмосфере) обращается болидом.
          Если Вики нам не врёт:))

  3. Текст ученический, мысль путана, характеров у героев попросту нет, как и самих героев фактически. Есть описание странной ситуации, когда ученые и инженеры, способные спроектировать огромный космический корабль, оказались неспособны учесть элементарных вещей. Учитесь, автор, читайте про солнце — например такая вот книжка есть — Брин Дэвид «Прыжок в солнце». Там, хоть и не откровение в плане сюжета, но довольно хорошо полет к Солнцу и приключения в фотосфере описаны.

    Я — 1
    Г — 1
    И — 1
    Б — 0

  4. Читать скучно. Слишком затаскан сюжет, характеры, ситуации. Слишком однообразны герои, бесчеловечно-функциональны. Банальная идея «по-новому» показать «человеческий фактор» не получила «нового» исполнения.

    Герои и идея — 0
    Связность сюжета и таки, завершённость рассказа присутствует — 3

    Итого — 3

  5. Научная подоплёка происходящего, ни в какие ворота. Когда берётесь за такие вещи, необходимо реальную информацию о солнце и возможности такого полёта перелопатить, разобраться что к чему, а уж после приниматься писать рассказ. Идея хорошая, я про человеческий фактор, но претворить её в жизнь умения не хватило. Язык шаблонный и усечённый, корявок в тексте немало. Герои все на одно лицо.

    Зависните тогда и выпустите пару ракет-зондов. Где зависнут? Вообще-то обычно выходят на орбиту.

    пока клоны пострадавших органов вырастят. Пострадавшие органы.

    окажется сила притяжения из-за этого, а не повышенная температура. А не из-за повышенной температуры.

    Кораблю не хватило мощности вырваться из добровольного плена! Почему добровольного?

    Итого: Идея – 2, герои – 1, язык – 1.
    Оценка: 4

  6. Критика критики.

    Прочитал рецензии Василия Владимирского на рассказы из журнала «Фантастика и детективы» и, что называется, не выдержал, вернулся к критике своего.
    У меня много читателей /проза.ру/, друзья не стесняются, когда высказывают своё мнение по моей же просьбе. Кто-то говорит, что слишком разжёвываю, не оставляю возможности читателю думать. А другие упрекают, что непонятно. Ищу середину, и всё равно…. такое произошло даже тут.
    Ещё в школе знал, что масса планеты и расстояние до Солнца определяют скорость вращения планеты вокруг него. С земными искусственными спутниками происходит аналогично. Измени расстояние, и изменится период обращения вокруг Земли. Маленьким радиус сделать, и изделие сорвётся вниз с орбиты. А увеличь, и не удержит сила притяжения – улетит по инерции. Это как раскрутить камень, привязанный к верёвке, а та вдруг порвётся.
    Чтобы выпустить зонд и проследить за ним, нужно зависнуть на орбите над определённой точкой объекта с помощью работающих двигателей — только так не умчишься по орбите с бешеной скоростью.
    Экспедиция как раз и летела за знаниями, которые потом можно было б перелопатить. И это не научный трактат – рассказ. Что опасно при полёте к Солнцу? Ультрафиолет, магнитное поле, космическая радиация, сила притяжения и, конечно, температура. Люди учли даже всплеск протуберанцев, но не смогли предвидеть, что выплеснется просто огромный как раз в месте зависания. Корабль попал в аномально высокую область притяжения. Попал добровольно, потому что люди сознательно подлетели как можно ближе, видя угрозу лишь в высокой температуре, не ожидали они резкого увеличения силы притяжения. И что тут непонятно?
    Специально не углублялся в теорию. К чему? И чужие рассказы не указ. Не поверите: боюсь плагиата даже подсознательного. В этом вопросе солидарен с вами. Ловлю себя иногда, что повторяюсь. Это не плагиат, конечно, но неприятно.
    Космонавты – люди высокого интеллекта, и речь их мало отличается, а при длительном общении вообще нивелируется. И никак дед Шукарь сюда не вписывается, как и его современный штамп-вариант – какой-нибудь Петрович.
    Это не роман и не повесть. В рассказе о характере героя говорят его слова – прямая речь, и глагол – поступки. Может, я не прав? А поступком в данном случае был весь полёт, как и финал, когда люди молча ждали смерти. Подвиг – это чисто человеческое, тоже человеческий фактор, это хотел сказать.
    И не встречал я людей, говорящих только на литературном языке. Не повезло, наверное, но «оглядываться» теперь буду.
    С метеоритом получился прокол. Не знал, что камень, залетев в атмосферу, меняет своё название. Чудны зигзаги человеческого разума. Сейчас точно много текстов перелопатить предстоит, отыскивая и исправляя.
    Замечания есть дельные, рассказ отредактирую, конечно. Но… планку вы высоко подняли – по три от одного автора, сроки сжатые. Нужно ли так? Цейтнот налицо. Даже для ваятелей нетленки.
    С уважением, автор.

  7. Оставлю в стороне подробности космического путешествия, я не профессионал, чтобы судить об их правдоподобии. Для меня, валенка, все было нормально.
    Но стиль изложения иногда вызывал резкое несогласие. В некоторых фразах, такое ощущение, не было понимания происходящего. Например, «критичной окажется сила притяжения из-за этого, а не повышенная температура», «своей массой они резко увеличивают силу притяжения в месте возникновения», «Огромный протуберанец чуть больше Земли просто-напросто вытянул корабль из космоса» и «ушёл, но не смог уйти просто так».
    Также были резали глаз фразы наподобие «А наш командир вернётся потом?», «Дожить до этого времени нужно», «Приборы на кораблях теперь установят», «с какой уже не подняться будет». В стихотворении изменение порядка слов вызвано необходимостью соблюдать ритм. Но чем это обосновано в прозаическом тексте?
    Далее. Касательно логики. Три абзаца, начиная со слов «Старший офицер» и заканчивая «перелетали на небесное тело» смотрятся инородно и, на первый взгляд, вставлены абсолютно зря, действия в них нет, только описание, которое дано непонятно зачем. Как следствие, ценная для сюжета информация о большом весе и размере корабля проходит совершенно мимо внимания. Это печально. Перечитывать непонятный рассказ станет мало кто.
    Герои есть.Поверить в чувства персонажей удалось.
    Мораль рассказа до меня не дошла. Последние 10 минут жизни экипажа описаны как «Люди несколько минут стояли в рубке и молчали, пока не пропала связь! А летательный аппарат в это время до последней секунды передавал данные с зондов и бортовой аппаратуры!»
    Извините, я не вижу в этом описании ничего героического. Люди молчали и позволяли технике работать. Техника сама перестать работать не могла. В тексте нет упоминания ни о том, что экипаж быстро передал недостающую информацию, ни о том, что люди до последнего сражались за то, чтобы аппаратура работала хотя бы на несколько секунд дольше. Никаких действий, кроме попыток вырваться из солнечного притяжения, не было. Это человеческий фактор?

    Язык и стиль — 1, герои — 2, идея — 1.
    Итого: 4.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s