Татьяна Красикова, «Горе-реформаторы» 10,6,8,9,7,7,7,6,6 — 7.3

Буква-плакса

Максимка и Тима встретились, как обычно, после завтрака.
– Привет! – сказал Максимка.
– Привет, – ответил Тима.
– Какой-то ты сегодня озадаченный, – заметил Максимка.
– Есть от чего, – сказал Тима.
– Отчего же? – не преминул спросить Максимка.
– Ты знаешь букву, которая всегда плачет?
– Нет.
– А я знаю, – ответил Тима. – Это Ы.
– Почему ты считаешь, что она плачет? – удивился Максимка.
– Послушай: Ы-Ы-Ы…
– И правда! – заложив руки за спину, мальчик стал прохаживаться по лужайке, повторяя: – Ы-Ы-Ы… Ы-Ы-Ы…, – а потом повернулся к Тиме:
– А ты знаешь, отчего она плачет?
– Знаю, – ответил Тима. – Ы сильно обижена.
– Кем?
– Другими буквами.
– Другими буквами?! – переспросил Максимка. – Что же они ей плохого сделали?
– Буквы никогда не пропускают Ы на первое место. Заставляют стоять или посередине, или в конце.
– Дай-ка проверю.
Максимка наугад сказал несколько слов:
– ДЫм, рЫсь, шарЫ, крЫса, осЫ…
– Ну что, убедился? – спросил Тима.
– Не совсем, я же всего несколько слов вспомнил.
– А я весь букварь перечитал, – сказал Тима. – И не нашёл ни одного слова, где Ы первой стоит. А как помочь ей, не знаю.
– Делов-то! – махнул лапой Максимка. – Мы её переставим!
– Сами?!
– Ну да!
– А как?
– Эх ты, а ещё в первый класс ходишь! – поддел Тиму Максимка. – Сам не додумался! Вместо дым будем говорить Ыдм, а вместо шары – Ышар!..
– Крыса у нас станет Ыкрса, а осы – Ыос! – подхватил Тима.
– А рысь – Ырсь! – крикнул Максимка.
– Ывдра, Ыср, Ырба! – не отстал от Мишутки Тима.
– Здорово! – воскликнул Максимка и, крикнув Тиме: – Беги за мной! – помчался в магазин.

– Дайте мне, пожалуйста, Ырбу! – выпалил Максимка прямо с порога.
– А мне Ыср! – попросил Тима.
Продавщица вытаращила глаза:
– Чего, чего?
– Ырбу и Ыср! – отчеканил Максимка.
– Нет таких, – ответила продавщица.
– А вот и есть, – возразил Тима. – Ыср вон стоит! – и он указал рукой на сыр. – А Ырба на другой полке!
– Ах вы, негодники! – рассердилась продавщица. – Шутки шутить?!
– Не шутки, мы Ырбу и Ыср хотим, – возразил Максимка.
И тут продавщица, как стукнет кулаком по прилавку:
– Кончай хулиганить, а то милицию позову!

У продавщицы был такой грозный вид, что наших друзей, как ветром сдуло. А, может, и впрямь, ветром, потому как оказались они в незнакомом месте у стены какого-то дома.

Союз реформаторов

Отдышавшись, Максимка буркнул:

Не вышло.

Ничего, испробуем наши слова на ком-нибудь другом, – ободрил приятеля Тима.

Нет-съ…­ – услышали они вдруг чей-то резкий скрипучий голос. – На другом-съ тоже не выйдет-съ.

Максимка и Тима задрали головы и увидели, что по стене на длинной паутине спускается к ним старичок, сам с ноготок, ручки-ножки скрючены, одет в рубаху навыпуск, шаровары, лапти лыковые, а на голове картуз, какой нынче никто не носит.

Поравнявшись с друзьями, старичок приподнял картуз и с ехидцей в голосе повторил:

Да-съ… не выйдет-съ.

Кто вы такой, чтоб утверждать это?! – возмутился Максимка.

Старичок хохотнул, щёлкнул медвежонка по носу и так же скрипуче сказал:

Любопытничать не советую. Кто я, вам знать не по чину.

А вот делу вашему помочь могу.

Какому делу? – спросил Тима.

Неужто, запамятовал? Буквы в словах переставлять!

Не буквы, – пробурчал Максимка. – А только одну.

Знаю, – сказал старичок. – Слышал, как вы рыбу и сыр покупали.

Вы поняли нас?! – изумился Максимка.

И не таких умников понимал. Так что, берёте меня в свой союз?

Друзья переглянулись.

Какой союз? – спросил Тима у старичка.

Реформаторов, – пояснил тот.

А… мы такого слова не знаем, – сказал Максимка.

Эх вы, невежи…– покачал головой старичок. – Реформатор – это тот, кто что-то изменяет…

А-а-а…– протянул Тима, – теперь ясно.

Ну а ты, еловая голова, понял, про какой союз говорю? – обратился старичок к Максимке.

Ага, – кивнул тот, – союз реформаторов – это союз тех, кто букву Ы хочет поставить на первое место!

Ну, малыш! Ну, голова! – захохотал старичок. – Да мы с тобой горы свалим!

Он подобрался к друзьям поближе и зашептал:

Я знаю, где за тридцатью тремя дверями, за семью замками в шкатулке не простой, а из кости резной, лежит лист гербовой. На том листе Закон о буквах начертан. Ещё в шкатулке есть ручка, пузырёк с чернилами бессмертными и печать. Вы шкатулку добудете, а что надо, я сам в гербовую бумагу впишу да печатью заверю.

А что после этого произойдёт? – поинтересовался Максимка.

Реформа языка, – важно сказал старичок.

Чьего? – уточнил Максимка.

Твой язык ни одна реформа не переделает, – проворчал старичок. – Болтал и болтать будет.

Мальчик обрадовался, что его языку ничего не грозит, зато Тима заволновался.

Никому не позволю мой язык трогать! – крикнул он.

О, горе на мою голову! – заскрипел старичок. – Что вы несёте?!

Ничего не несём, – ответил Максимка. – Мои руки пустые, Тимины руки тоже.

Тут уже старичок не стерпел, топнул ногой:

Мы будем реформировать русский язык, ясно?!

Он вытащил из кармана зелёный пузырёк и велел друзьям отпить из него по глотку. Горькая жидкость обожгла горло, и в тот же миг мальчики почувствовали, что стали стремительно уменьшаться.

Когда друзья стали росточком со старичка, он приказал им схватиться за паутину и подняться следом за ним на крышу. Там старичок подвёл мальчиков к краю трубы, поставил спиной друг к другу, обмотал паутиной и столкнул вниз.

Ер и Ерь

Пролетев сквозь дымоход, Максимка и Тима зависли в десяти сантиметрах от пола.

Не дёргайтесь, – донеслось сверху. – Я помогу!

Спустившись, старичок перерезал паутину – и его союзники шлёпнулись на пол.

Тсс! – поднёс палец к губам старичок и шепнул: – Идите за мной!

Подойдя к гигантской двери, старичок шмыгнул в щель между нею и полом. Максимка и Тима последовали за ним. За этой дверью последовала ещё одна дверь, а за ней – ещё… Их было столько, что Максимка сбился со счёта.

Старичок шёл скоро, и друзья едва поспевали за ним. Поэтому они не смогли рассмотреть комнаты, через которые проходили. Только раз старичок позволил и себе, и попутчикам остановиться. Уж очень любопытный разговор донёсся до его чуткого уха.

Стареем, братец, стареем… – хрипло проговорил Ер*. – Было времечко, и нам почёт был, с гласными рядом ходили, не то, что нынче…

Да, – вздохнул в ответ Ерь*. – Всю самостоятельность потеряли.

Братья сидели в глубоких кожаных креслах. Были они похожи, только Ерь выглядел и покрепче, и пободрее. ­

Помнишь, – продолжил Ер, – как слово толк писали? Меня и в середину слова, и в конец приглашали. Выходило-то как красиво: тъолкъ, и я в таком слове прозывался не твёрдый знак, а краткое О.

­ – А я в таких словах как пень, – перебил брата Ерь, – вместо Е служил. Писалось тоже красиво, не пень, как нынче, а пьнь. И мне почёт, ведь сразу два дела делал: и за гласную был, и само слово смягчал, то есть был мягким знаком. Да-а… прошли те времена…

Всё эта реформа! Ишь, выдумали – убрать меня после всех твёрдых согласных! – Ер закрыл глаза и пропел слова старинного романса:

Закатъ ужъ угасъ,

Небосклонъ потемнелъ…

Вздохнув Ер, оборвал песню.

Ты заметил, – обратился он к Ерю, – я во всех пяти словах был на конце.

Однако, братец, особой нужды в этом не было!

Может, скажешь ещё, что нужды не было вежливым людям произносить меня с частицей -съ: слушаю-съ, позвольте-съ, да-съ,нет-съ… Так и называлось это в старину: говорить со слово-ером.

Не вежливость, а угодничество ты разводил, – съязвил Ерь.

Ер с упрёком посмотрел на брата и пожаловался:

Скучно мне. Силы ещё есть, а работы мало. Так, пустяки… Отделять себе приставки, да и только.

Это пока, – встрял в разговор старичок.

Он выбрался из укрытия и со словами: – Скоро всё изменится! – предстал перед братьями.

А ты кто такой? – воскликнули они в один голос.

Не узнаете? – проскрипел старичок. – Давно ль в одной азбуке вместе были?

Юс Большой? – воскликнул Ер.

Признал, благодарствую! А то многие из вас от меня нос воротят. Мол, выкинули тебя во время реформы из алфавита – и поди прочь!

Сочувствую, очень сочувствую. Скажи, как ты живёшь- поживаешь? – спросил Ер.

Без дела-то, что за жизнь?

Зато у меня дел много, – похвастался Ерь. – И смягчаю я, и разделяю. Так загружен, хоть разорвись!

По большому счету ты не больно-то нужен, – уколол брата Ер. – Если, к примеру, слово мышь написать без мягкого знака, то и так все поймут, что это мышь, а не крыса. А возьми глаголы 2-го лица: едешь, поёшь, кричишь; что в них ты смягчаешь? Скоро, братец, и тебя из многих мест погонят, как когда-то меня.

Между братьями была готова возникнуть ссора, но Юс Большой её предупредил:

Явился я сюда не для того, чтобы ваши обиды выслушивать, – строго сказал он, – а чтоб помочь и вам, и себе, и другим обиженным буквам. Только, тсс! – старичок указал на фикус, где сидели Максимка и Тима. – Попутчикам моим не всё знать надо.

Зачем ты их привёл? – тихо спросил Ер.

Так у нас, у букв, доступа нет к шкатулке.

Верно, – поддакнул Ер. – Говори, что нам делать?

Сейчас решим, – ответил Юс Большой и кликнул Максимку и Тиму.

Впятером обсудили план действий. После этого Ер и Ерь открыли семь замков. Максимка и Тима достали из тайника шкатулку, а Юс Большой внёс изменения в Закон о буквах.

Реформа языка была проведена. После этого Юс Большой, Ер и Ерь выпроводили Максимку и Тиму. Испить волшебной жидкости из пузырька Юс Большой им не дал – и остались наши реформаторы крошечными, как паучки.

Отмена реформы

Идут друзья день, идут другой. Ножки-то крохотные и потому никак до дома не доведут.

От голода животы подвело, а тут улей на дереве. Добрался до него Максимка. Только осы не дали ему мёдом полакомиться, сбросили с дерева.

Лежит Максимка на земле, стонет. Тима вокруг него хлопочет: подорожник к местам укусов и к ушибам прикладывает, успокаивает, а сам думает, как же им, таким крохам, домой добраться?

Но верно в народе говорят: «Не имей сто рублей, а имей сто друзей». Спохватился щенок Топа, что Тимы и Мишутки долго нет, все дорожки обегал, взял след – и к исходу дня оказался рядом с друзьями.

Первым делом Топа облизал раны Максимки, затем посадил мальчиков себе на спину и помчался во весь дух домой.

Увидев мальчиков, Тимина сестрёнка, Даша, запричитала:

Мало горя, что мир перевернулся! Так ещё с Тимой и Максимкой беда!

Хватит плакать! – тявкнул Топа. – Мальчикам не слёзы, а помощь нужна.

Всхлипнув напоследок, попросила Даша Тиму и Максимку рассказать, что с ними произошло. Выслушав их, девочка какое-то время молчала, а после сказала укоризненно:

Выходит, это ваших рук дело.

Ты о чём? – недоумённо спросил Максимка.

Даша поднёсла мальчика к окну. Максимка увидел колонну грузовиков, гружёных книгами.

Куда их везут? – спросил он.

Ты лучше спроси, откуда вывозят?

Откуда?

Из школ, детских садов, библиотек… Ненужными книги стали.

Почему?

Из-за вашей реформы.

Да ведь буква Ы плакала, – робко сказал Тима.

Эх вы, горе-реформаторы! – воскликнула Даша. – Да разве можно вот так с бухты-барахты язык менять!

Но мы же только Ы переставили! – воскликнул Максимка.

А Юс Большой и Юс Маленький в языке сами собой появились? Да ещё Ять, Фита, Ижица, I. К тому же Твёрдый знак вновь влез в конец слова, а Мягкий знак – в середину…

Мы этого не хотели! – стал оправдываться Максимка.

Это всё Юс Большой! – поддержал его Тима.

Даша была непреклонна:

Хотели вы или нет, а с вашей помощью была отменена реформа русского языка начала прошлого века! А ведь её сделали, чтобы было легче писать и читать.

А…а…а… теперь опять стало трудно, да? – спросил Максимка.

Если бы только это! – вздохнула девочка. – Во всех городах вывески поменяли, а что на них написано, никто не понимает. В школах и институтах занятий нет, без учебников – какая учёба?

Надо новые напечатать! – предложил мальчик.

Новых букв в компьютерах нет, и потому они не работают. А из-за этого остановились фабрики и заводы, почта и телеграф. Даже самолёты не летают, и поезда не ходят…

Ну, Юс, погоди! – крикнул Максимка. – За обман ты заплатишь!

Мальчик повернулся к Тиме и спросил:

Ты со мной?

Спрашиваешь! – ответил Тима и подозвал Топу: – Ну-ка, побудь ещё раз нашей лошадкой.

Щенок быстро отыскал нужный дом. Он выглядел, как настоящий терем-теремок. С остроконечной крышей, резными наличниками, расписной дверью.

Максимка дёрнул за дверное кольцо.

Кто там? – спросила дверь.

Максимка с другом, – ответил мальчик.

Буквы отыщите, в слово сложите, тогда и заходите.

Переглянулись друзья, да делать нечего – стали буквы искать. Первой обнаружил букву Тима.

На крыше «А»! – закричал она.

Оказывается буквы на самом тереме-теремке спрятались! Вскоре Тима отыскал вторую «А» и «З». Максимка нашёл «К». Даша «У» и «Б». Сложили дети из этих букв слово «АЗБУКА», дверь и открылась.

А за ней ещё одна дверь. Максимка почесал затылок и сказал:

А.

И эта дверь отворилась. Поняли друзья, в чём секрет, и стали перед каждой новой дверью называть очередную букву алфавита. Так и дошли до места, где за семью замками шкатулка резная хранится, а там их уже Юс Большой поджидает.

Что ж вы, – накинулся он на Максимку и Тиму, – чужаков привели? Они наше дело порушат!

Нет у нас с тобой общих дел! – рассердился Максимка. – Прочь с дороги, обманщик!

Как бы не так! – хохотнул Юс Большой. – Я – хранитель шкатулки!

Закрутился Юс Большой вокруг себя и пропел:

Семь замков отопрёт и к шкатулке пройдёт

Только тот, кто к загадкам ответ подберёт!

А ответа кто не найдёт,

Смертью страшной умрёт!

Нечего нас пугать! – сказал Максимка. – Говори загадки!

Есть два удивительных русских слова, – проскрипел Юс Большой. – В одном из них семь одинаковых гласных, а в другом – сорок…

Знаю я эти слова, – сказал Тима. – Первое – семья, а второе – сорока.

Заскрипел старикашка зубами и сказал следующую загадку:

В русском языке есть четыре слова более удивительных: в каждом из них по сто одинаковых согласных. О каких словах я веду речь?

Стол, – ответила Даша.

Стог, – добавил Тима.

Стон, – сказал Максимка.

Прошло несколько минут, четвёртого слова никто не называл. Юс Большой со зловещей улыбкой достал из кармана свой пузырёк, намереваясь облить из него друзей, но тут Топа подскочил к нему и как тявкнет:

Стоп!

Вот и четвёртое слово нашлось. Юс Большой нехотя убрал пузырёк.

Слушайте третью загадку, – проскрипел он. – Взял я согласную букву и прибавил к ней часть лица – у меня получилось животное. Прибавил к той же букве полевое растение, из которого делают нитки, – и получил лиственное дерево. Прибавил к этой букве морское животное – оно тут же превратилось в насекомое. Какая это буква?

Трудная была загадка, но сообща и с ней справились.

Это буква «К», – сказал Максимка, – а слова: К-рот, К-лён, К-омар!

Юс Большой протянул ключ Максимке. Достав из шкатулки гербовый лист, он повернулся к друзьям:

Как быть с Ы?

Посовещавшись, решили вернуть Ы на место, тем более что в некоторых других языках эта буква всё же стоит иногда на первом месте.

Тима перечеркнул в Законе о буквах запись, сделанную Юсом Большим накануне, и расписался. Максимка тоже расписался и поставил печать.

Мир был спасён. Осталось только вернуть прежний рост Максимке и Тиме. Но Юс Большой ни за что не хотел дать им свой пузырёк.

Нетушки! – ворчал он. – Вы меня жизни лишили! На что теперь я?!

И мы тоже на что?! На что?! – подбежали к друзьям вновь ставшие ненужными Юс Маленький, Ять, Фита, Ижица, I.

Друзья пожалели их и пообещали открыть в Азбуке Музей истории букв.

А вы в нём станете экскурсоводами! – торжественно объявил Максимка.

На радостях Юс Большой дал Максимке и Тиме отхлебнуть из волшебного пузырька. Они тотчас подросли и вместе со своими друзьями отправились домой.

Реклама

11 comments on “Татьяна Красикова, «Горе-реформаторы» 10,6,8,9,7,7,7,6,6 — 7.3

  1. Ыгыг… то есть, это…
    Гыгы…
    Годный сюр! Люблю такое. И сказка, опять же, а она тут редкая гостья. Да еще фонетическая, да историческая. Как будто и не было падения редуцированных! Если что, автор меня поймёт.
    Оценка – 10.

  2. Эх, хорошо, об языке, но до половины. С главки про отмену реформы сказка стала очень стандартной, безыскусной (Ы в середине, да), очень уж детской. А до этого и мне, взрослому, было интересно. Вот если б часть сказки была, когда все стали говорить и писать по реформенному — чудо б было бы!
    Оценка — 6.

  3. хорошая сказка
    только Максимка в середине почему-то вдруг превращается в Мишутку, а потом обратно

    ну и хорошо бы еще, конечно, объяснить, кто же такой этот самый Юс Большой и Фита с Ижицей, хотя бы парой слов, раз уж сказка такая обучательная получилась)))))

  4. Очень хорошая детская сказка, с простым, незамысловатым волшебством, написанная простым и понятным языком, да еще с загадками! Такая научно-популярная литература для детей 🙂 — 8 баллов.

  5. Очень неудачное начало – нам только что представили героев, сказали, что они встретились – и далее идут однотипные ремарки-ярлычки сказал-ответил-замеил-сказал, которые уже, в принципе, не нужны
    – Привет! – сказал Максимка.
    – Привет, – ответил Тима.
    – Какой-то ты сегодня озадаченный, – заметил Максимка.
    – Есть от чего, – сказал Тима.

    Далее стиль выравнивается – но скверное начало уже сработало, оставило небольшую зацепочку в памяти, понимаете? Лучше выровнять, это ведь самое цепляльное место! Первые строчки, от них зависит – будет ли читатель дальше читать или отложит или страницу перевернет

    В целом же сказка хорошая, сюжет крепкий, тема нужная и интересная, язык грамотный

    Очень понравилось деление на меленькие главки – для детей так намного удобнее читать.

    Немножко не хватило информации про вскользь упомянутые, но так и не объясненные устаревшие буквы – а такая информация, на мой взгляд, была бы очень интересной.

    Ну и, конечно, исправить описку с именем в середине текста тоже надо бы)))

  6. Очаровательная грамматическая сказка — и обучающая и с моралью которая смотрится органично (а нечего принимать предложения неизвестно кого) Даже «рояльный» щенок дела не портит. Вещь легкая и занимательна. По мелочам конечно почистить надо вроде Максимки-Мишутки.
    Оценка девять.

  7. Мне сразу не понравилось название, анонсирующее неудачников, глупышей-малышей, которых надо опекать.
    Мне не понравилось отсутствие подводки к совсем старинным буквам. То есть, она не то, чтобы неуклюжая, запутанная, непонятная — её вообще нет. Да мало ли как назывались иероглифы в Древнем Египте? С чего это меня должны волновать реформы доколумбовой эпохи?
    Книги стали ненужными вот только сейчас, в нашу эпоху. А почему в рассказ проникают Ер, Ерь и Юсы? Может, у них спецназ где-то прячется, охраняет язык, спасает в периоды конфликтов? Объяснение бы! Почему они сидят, где сидят, чем они занимаются — ведь можно было бы на этом объяснении добавить рассказу динамики, информативности, увлекательности.
    В общем, написано легко, очень милые (очень!) — загадки-задачки вплетены в текст, но вот это неудачное название задаёт тон. Мне это грустно, но не могу избавиться от впечатления. Это как «горе-путешественники», «горе-исследователи», «горе-учёные» — невозможно отделаться от чувства стыда за героев — печать несмываема.

    Оценка — 7

    • ВОТ!!!
      вот чего я так и не смогла сформулировать!
      то есть было ощущение, что с названием что-то не так, хотя вроде бы оно верное по смыслу…
      а сформулировать не смогла.
      Тоячно!
      оно задает нехороший тон, снисходительный такой.
      неприятный

  8. Познавательно, только вот скучно вышло, затянуто. Младший или нет возраст, но дети утратили медленный темп, и требуют нынче более быстрого и интересного развития сюжета. Потому оценка 6 баллов.

  9. Сказка получилась настолько познавательная, что самое место ей было бы в «Детской науке». Тут не то что юный, но и взрослый читатель узнает немало интересных фактов из жизни устаревших букв русского алфавита. Наверное, из-за обилия информации сам сюжет и персонажи получились слишком схематичными… Впрочем, из этого текста мог бы получиться хороший обучающий мультфильм.

    Оценка: 7 баллов.

  10. Начало убило: Привет Бим. Привет Бом… Название предполагает нечто политическое. В остальном забавная грамматическая сказка. Только написана для детей младшего школьного возраста, а понятной не будет. Потому как кто этот Юс великий и прочие Ижицы с Фитами и Ятями современные дети и слыхом не слыхивали. Сюжет уж больно упрощённый. Герои без характеров едва намечены. А вот загадки порадовали.
    – На крыше «А»! – закричал она. Очепятка.
    Оценка – 6

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s